– На самом деле у меня есть показания известного преступника против уважаемого торговца. Свидетелей убийства твоего отца не было. Доказать правдивость слов Шихана невозможно. Я сделал все, что в моих силах. Если повезет, этого будет достаточно. Я послал двоих толковых полицейских в контору Бертона – ознакомить с признанием Шихана и провести официальную беседу. Беседу, а не допрос. Возможно, случится чудо и он признается. Такое бывало. Убийца может долгие годы заглушать в себе голос совести, пока его не начнет грызть чувство вины… Постарайся хотя бы немного поверить в такую возможность, – сказал Родди, дотрагиваясь до руки Фионы.
Фиона разочарованно кивнула. Уильям Бертон не из тех, кого захлестнет чувство вины, а у нее самой с верой было туговато. Она находилась совсем близко, почти рядом с возможностью отомстить за смерть отца. Родди проделал громадную работу. Он сложил почти все фрагменты головоломки. Ей всего-навсего нужен дополнительный рычаг, способ загнать Бертона в ловушку и вынудить признаться. Но как?
Официантка принесла ее завтрак. Фиона взялась за еду. «Все в порядке, – успокаивала она себя. – Все идет как надо. Шихан находится за решеткой. За все совершенные убийства его наверняка повесят. Если Бертон не признается, ты вернешься к первоначальному плану. Невилл добивается передачи акций, и с их помощью ты разоришь Бертона».
Взгляд Фионы упал на газету, которую читал Родди. Это и была «Кларион». «Убийство в Уайтчепеле!» – кричал заголовок. «Женщину зарезали в глухом переулке». Ниже шел отчет о драке в пабе: «Двадцать пять пострадавших в драке». А еще ниже: «Скандал! Местный священник и падшая женщина. Подробности на странице 5». «Вот это заголовки, – подумала Фиона. – По сравнению с „Кларионом“ нью-йоркские газеты кажутся образцами сдержанности». Она вновь перечитала заголовки и почему-то зацепилось за одно слово.
С этим словом она была прекрасно знакома. Почти десять лет назад она вышла замуж за Ника, чтобы избежать скандала. Похоже, ей грозил новый, если свекор осуществит свою угрозу. И этот скандал будет иметь для нее куда более серьезные последствия.
Произнесенное шепотом или во всю мощь легких, это слово обладало силой. Оно настораживало, пугало и приводило в ужас. Из-за скандалов рушились браки и репутации. Люди теряли деньги, имущество, а порою и жизнь. Обыкновенная угроза может иметь разрушительные последствия. Многие шли на большие жертвы, только бы не допустить скандала. Пригрози своему противнику скандалом – и ты получишь власть над ним. Скандал был средством управления. Способом контроля.
– Дядя Родди, нам не нужно чудес, – тихо сказала Фиона, отставляя тарелку.
– Не нужно?
– Нет. Нам нужен дружески расположенный к тебе репортер в газете. В любой газете. Ты хорошо знаком с этим… Девлином?
– Очень хорошо. За эти годы мы постоянно оказывали друг другу услуги.
Фиона открыла сумочку, выложила на стол несколько монет и встала:
– Тогда поехали к нему.
– Зачем?
– Узнать, не поможет ли он нам раздуть скандал. Возможно, нам не удастся обвинить Бертона в убийстве моего отца, но мы заставим людей поверить, что это нам по силам.
– Не понимаю. Что это нам даст? – спросил Родди, сворачивая салфетку.
– Надеюсь, что всё. Поехали. Подробности я расскажу тебе по дороге.
У двери редакции «Клариона» Родди остановился и, прежде чем открыть дверь, повернулся к Фионе:
– А знаешь, девочка, твоя затея может сработать.
– Тем лучше.
– Ты готова?
– Вполне.
– Тогда не будем терять время. Пошли.
Родди толкнул дверь. Они попали в длинное помещение, где стояли печатные станки. Здесь сильно пахло машинным маслом и типографской краской.
– Собственно редакция чуть дальше, – пояснил Родди, подводя Фиону к лестнице.
Он хорошо знал это здание, поскольку часто бывал здесь. Конечно, «Кларион» не чета «Таймс», но газета была сильной, задиристой и имела приличный тираж. Она сообщала обо всех местных событиях и происшествиях. «Таймс» и другие ведущие газеты часто перепечатывали материалы из «Клариона». Самое подходящее место для раздувания задуманного Фионой скандала.
По пути она изложила Родди свой план, который ему очень понравился. Но осуществление этого замечательного плана целиком зависело от согласия или несогласия Девлина. Обычно Родди неплохо с ним ладил, но иногда газетчик проявлял непонятное упрямство. На всякий случай, чтобы их визит не оказался напрасным, Родди по пути сюда заглянул к себе в отделение и захватил подарочек для Девлина.
В редакции плавал густой табачный дым. К его запаху примешивались запахи несъеденных завтраков. Дюжина или больше репортеров, склонившись над столами, стучали на пишущих машинках. Посередине стоял невысокий человек и кого-то распекал:
