– А это не может подождать? – нетерпеливо спрашивает она, смотря на часы.
Мы уезжаем одними из последних. Без путешественников и книголюбов здесь непривычно, почти жутковато тихо, и мне даже немного не хватает всей этой суеты. А вот Арии почему-то не терпится выехать на дорогу, хотя обычно это она нас задерживает.
– Извини, но нет. Иначе грязи будет еще больше.
– Мы же все равно будем ехать! Она снова загрязнится. Даже больше обычного, потому что будет вся в воде. Грязь будет липнуть и стекать по ней. Ну серьезно, это бессмысленно! Давай потом!
Я сдерживаю вздох.
– Я ее высушу. – Я не хочу позволять грязи накопиться. Все должно быть прибрано и помыто. – Я мигом!
Ария закатывает глаза и возвращается к своему фургону, качая головой. Я быстро отмываю Поппи; с каждым отжиманием губки вода становится все грязнее и грязнее, а я выдыхаю с облегчением, несмотря на то что расстроила подругу.
Ария просто не понимает, как это важно для меня. Я и так одергиваю себя: знаете, как сложно сидеть в ее захламленном фургончике и сдерживать порывы прибраться? Книги разбросаны, свечи горят в опасной близости к бумаге… Но я ничего не говорю. Наверное, если вы не разделяете мою любовь к чистоте, вы думаете, что я странная. На мой взгляд, все совсем наоборот.
Через час я стучусь в дверь Арии.
– Готова трогаться?
– Ну наконец-то!
Мне хочется оправдаться перед ней, но с другой стороны… Я уже привыкла к этой своей особенности. Зачем мне ее стыдиться? У всех есть свои заморочки. Да и Ария смотрит на меня недовольно – не лучшее время для таких разговоров.
Когда мы аккуратно выезжаем с поля, я буквально слышу, как грязь с хлюпаньем прилипает к бочкам Поппи. Я морщусь. Придется снова мыть ее на следующей остановке. Пока ничего поделать нельзя, поэтому я послушно еду за Арией.
В обед мы останавливаемся на перерыв. Я паркую Поппи за книжным фургончиком, выхожу и потягиваюсь. Ария водит так беспечно, так просто; когда же и у меня так получится?
Я же чувствую себя оловянным человечком. Тело не сразу осознает, что находится в вертикальном положении, и какое-то время мои суставы нещадно хрустят и не слушаются. Как только к конечностям приливает кровь и мне становится полегче, я сооружаю нам простенький обед – бутерброды из свежеиспеченного хлеба с ветчиной, швейцарским сыром и горчично-огуречным релишем. Последний помогала готовить Ария – под моим начальством у нее стало получаться лучше, хотя без меня ей пока сложно.
Ария забегает в фургон с термосом, двумя чашками для чая и пледом.
– Рози, извини меня. Я сама не своя, но это не давало мне права срываться на тебе. Простишь меня?
Я рада, что она извинилась, и напряжение между нами пропадает.
– Конечно! Если что, ты всегда можешь со мной поговорить.
– Я знаю, – Ария выдавливает улыбку.
Мы складываем бутерброды в контейнер, я беру свою куртку, и мы выходим. Ария предлагает полюбоваться видами, я планирую слепо плестись за ней.
– Ой, торт же еще!
Я забегаю обратно и беру нам с собой несколько кусков торта с двумя прослойками: из шоколадного мусса и ореховой меренги. Он настолько роскошный, что если до места пикника мы еще и дойдем, то обратно придется катиться.
– Ну что, – говорит Ария, когда я ее догоняю. – Как тебе первый фестиваль в жизни?
Чтобы не отставать, я делаю два быстрых шага на ее один.
– Прекрасно! Продала больше, чем ожидала. Осталось понять, сколько точно еды нужно покупать, чтобы ничего не пропало, а доход был стабильным. А чай – вообще отдельная история! Слетало с рук быстрее, чем я успевала мешать новые!
– Я оставила у тебя в фургоне конверт с деньгами за то, что я успела наесть, – она улыбается и потирает животик, которого у нее и в помине нет. – Стоило каждого последнего цента!
– Ты что?! Тебе не надо платить, Ария! Ты мой личный дегустатор. И потом, ты написала около четырех миллионов этикеток для чая. Тогда уж я должна тебе платить!
Честно говоря, без Арии я бы не справилась. И дело не только в дегустации десертов; она помогала мне со всем. Выносила блюда, когда очередь становилась огромной, паковала и подписывала чай, успокаивала меня, когда у меня начиналась паника (и не раз). Без нее я бы уже сбежала в Лондон без оглядки.
И Олли тоже спасибо. Это он посоветовал мне Бристоль и обзавестись другом. Мудрый совет, которым не преминул воспользоваться даже такой интроверт, как я.
– Не глупи, конечно, надо, – машет на меня рукой Ария. – Но я не про это. Ты прекрасно справляешься! Встретила классных людей, получила новый опыт… И не могу точно определить как, но, мне кажется, ты изменилась.
– Я и чувствую себя по-другому, да. Уже не переживаю так, как раньше. Оказывается, я не одна бросила все и пришла к такой жизни. Это помогает. Правда, моя любовь все планировать и контролировать не очень подходит… Но ничего, я потихоньку учусь.
Подруга одобряюще сжимает мою руку.
– Ты отлично справляешься.
