–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
–
Внутренний голос долго молчал. Потом повторил:
–
На этом наша с ним беседа закончилась. Я посмотрел на Альду, которая ехала слева от меня, и понял, что внутренний голос прав. Попал по полной программе. Она – чудо. Лучшее, что случилось со мной на этой дурацкой планете. Ну, тусовка со служанками, конечно, тоже была ничего… Но это только для тела. А тут – и для тела, и для души.
Внезапно я обратил внимание на то, что каждый шаг дается мне с трудом. Словно на ноги наложили гири. Я не понял, что случилось, и запросил диагностику СИЧУПа. Тот вывел мне на экран результаты анализа, которые меня очень удивили. Оказалось, что сервомеханизмы скафандра вышли из строя, именно поэтому я сейчас с трудом переставлял ноги.
Причем отказ системы почему-то не сопровождался аварийным оповещением, что показалось мне крайне странным. Поломка сервомеханизмов вызвала сбой в системе. Мой СИЧУП замер в нелепой позе – левая нога поднята, правая рука отведена назад. Я не мог пошевелиться. СИЧУП умер. Поэтому я вылез из скафандра и принялся его осматривать.
– Что случилось? – спросила меня Альда, придерживая коня.
– Да какая-то фигня со скафандром, – ответил я, открывая приборную доску регуляторов сервомеханизмов.
Черт, я совсем забыл взять с «Кречета» инструкцию по эксплуатации. Попробуй теперь определить, какая микросхема накрылась. Я выпрямился, расстроенно глядя на свой скафандр. Потом пнул его ногой, ожидая чуда. Чуда не произошло, СИЧУП не ожил. Я огляделся, высматривая место, где его можно припрятать.
Заприметил расщелину за огромными валунами. Да, пока оставлю его здесь, потом вернусь с инструментами, починю. Я поволок скафандр к расщелине, стиснув зубы от напряжения. Альда вызвалась помочь, но я мужественно отказался, сказав, что сам справлюсь.
Оставив СИЧУП в расщелине, я постарался замаскировать его камнями и мне это, вроде бы, удалось – с берега его невозможно заметить. Довольный собой я повернулся к Альде.