Я ничего не понимал, но в данной ситуации делать все равно было нечего – стены ущелья совершенно отвесные, на них не вскарабкаешься. А бежать от всадников – смысла нет. Так что я решил спокойно ждать смерти, показав себя настоящим мужчиной, отважно встречающим свою судьбу. Гордо вскинув голову, я упер руки в боки и стоял рядом с Альдой, которая по-прежнему невозмутимо смотрела на конницу.
Всадники домчались до нас, затормозили, и один из рыцарей, на огромном вороном жеребце (а то, что это жеребец – разглядел бы и слепой), подъехал к нам с Альдой. Он поднял забрало, и я увидел лицо молодого человека с бородкой. Его карие глаза сначала пристально оглядели меня, потом он перевел взгляд на Альду.
– Доставила? – спросил он у нее.
– Как видишь, – хмуро ответила Альда.
– Трудности?
– Почти никаких.
– Молодец.
Рыцарь спешился и протянул мне руку в железной перчатке.
– Добро пожаловать в страну короля Чундарка, мессир Иван, – сказал он.
У меня отвисла челюсть.
– В чью страну? – вежливо спросил я.
– Короля Чундарка, милорд. Он будет счастлив видеть вас.
Какого?!.. Я посмотрел на Альду, она смотрела на меня виновато, хмурилась.
– Э-э-э, дорогая, ты ничего не хочешь мне сказать? – наверное, я выглядел очень глупо.
Альда легко спрыгнула на землю, подошла ко мне и обвила руками мою шею.
– Милый, – тихо проговорила она, – я знаю, что должна была все объяснить тебе раньше, но я просто не могла. Надеюсь, ты вскоре все поймешь. Король Чундарк сам тебе все расскажет.
В этот момент, как в самых поганых мелодрамах, над нашими головами загрохотал гром, и с небес полился противный дождь. Что ж, это вполне соответствовало обстановке.
Нет, все-таки прав был доктор Грегори Хауз, когда утверждал, что все люди врут. И меня в данной ситуации возмущало только одно – почему все врут МНЕ?! Ведь меня опять предали. И предала меня девушка, в которую я влюбился. Что за на фиг? Почему каждый считает своим долгом меня предать? Что у меня, внешность какая-то особенная?
Я серьезно обиделся. Альда тем временем продолжала:
– Ты должен знать, что это все – для твоего же блага. Поверь мне, я и вправду люблю тебя. Да, я слукавила, но ты скоро поймешь, почему это было необходимо. Король лично пожелал тебя видеть.
Я гордо вздернул подбородок и процедил сквозь зубы:
– А я-то думал, что ты меня любишь… Доверял тебе… От мантикоры спас…
Говоря это, я ничего не ожидал, но мои слова возымели удивительный эффект. Альда вдруг расплакалась, уткнувшись мне в грудь. Сквозь всхлипы были слышны ее слова:
– Ваня, поверь мне, я люблю тебя больше всего на свете. Сначала мне приходилось действовать по приказу короля Чундарка, просто выполнять его задание, ты был всего лишь объектом, но потом я влюбилась в тебя. Без памяти. Прости, что не открыла тебе всего раньше. Прости, что сломала твой СИЧУП. Прости, что украла твой пистолет. Но таково было решение короля. Я лишь выполняла его приказ…
Вот вам и вся интрижка. Значит, это она сломала СИЧУП, пока я спал (если подумать, а кто же еще мог это сделать? Не лошади же), она же выкрала мой пистолет. Блин, какое коварство!
Но больше всего меня поразила реакция рыцаря с бородкой на поведение Альды. Его челюсть отвисла, он удивленно смотрел на рыдающую девушку, и в его глазах я прочитал полное недоумение. Чего это он? Никогда не видел плачущей женщины?
Я же гордо отстранил Альду и протянул рыцарю руки, чтобы он меня связал. Но рыцарь меня не понял и горячо пожал мне обе руки.
– Я рад, что вы благоразумны, мессир Иван. Король предупредил, что вы, возможно, откажетесь от поездки в его дворец, и что вы можете оказать сопротивление…
– Я бы и оказал сопротивление, если бы эта предательница не сломала мой СИЧУП, – стиснув зубы, перебил его я.
Альда всхлипнула. Рыцарь, не обратив внимания на мои слова, продолжал:
– Но я рад, что вы проявили мудрость, свойственную высокорожденному. Пожалуйста, ваша лошадь к вашим услугам. К вечеру мы будем в Космиполе, главном замке нашего королевства. Поезжайте за нами, мы сопроводим вас прямо к стенам крепости короля.
– Я пленник? – вздернув подбородок, спросил я.
– Что вы, – ответил рыцарь. – Вы – гость. А мы – всего лишь ваш эскорт.
Я кивнул, хотя ни черта не понял, и с трудом, но самостоятельно взобрался в мокрое от дождя седло, даже не взглянув на плачущую Альду. Дернув поводья, я поехал за рыцарем, который, несмотря на свои тяжелые доспехи, легко запрыгнул на коня и направился вглубь ущелья.
По пути внезапно заговорил мой внутренний голос, ехидно поинтересовавшись:
–
–
–
–
–
–
–
