Контрабандист должен был знать, конечно, что ему не одержать верх над Леандрой, если только он не скрыл от неё некоторые варианты будущего. Тогда всё сходится: она видит одни благоприятные для себя исходы дела и готова безрассудно рисковать. Руки Леандры покрылись гусиной кожей. Неужели именно поэтому число вариантов возможного будущего, ощущаемых ею, так сократилось?
Дрюн вытащила из томика пунцовое предложение и шагнула к склонившему голову контрабандисту. Леандра, прикрыв рот ладонью, пробормотала как можно более светским тоном:
– Душно сегодня, не правда ли?
Услышав кодовую фразу, Дрюн подняла взгляд на Леандру, сжала пальцы в кулак и разжала.
– Душно? – переспросил контрабандист.
– Вам так не кажется? – Леандра прикоснулась к своей шее жестом, означавшим «убей», и показала глазами на мужчину, который уже начал поднимать голову.
Помедлив секунду, Дрюн ухватила его за дреды. На лице мужчины появилось изумление, видимо, он ощутил новые варианты своего будущего. Затем выражение посуровело, преисполнившись мрачной решимости. Дрюн размахнулась, но контрабандист уже раскрыл второй томик.
Белая вспышка ослепила Леандру, и ударная волна сбила её с ног. Она услышала вопль. Вроде бы голос матери, выкрикивающий имя. Триллинонское имя. Она часто слышала его в детстве, а совсем недавно ещё раз, от Таддеуса.
Леандра почти ничего не почувствовала, когда её тело ударилось оземь. Мир закружился. Наконец-то она отчётливо разобрала это имя. И увидела, как из прошлого побежали зазубренные разломы, чтобы встретиться в настоящем.
Сразу перед исчезновением мира Леандра поняла, кем в действительности был контрабандист.
Вновь послышался крик матери. Слишком поздно.
Франческа с растущим страхом наблюдала за дочерью. Когда выражение лица контрабандиста сменилось с жадного на раздражённое, Франческа решила, что дочь его переиграла. Вероятно, так оно и было, однако чувствовалось тут что-то ещё.
Видимо, сделка состоялась: контрабандист снял головную повязку, а Дрюн приготовилась наложить на его лоб какой-то текст. Со всё большим ужасом Франческа увидела, как Леандра подаёт богине сигналы. Четырёхрукая промедлила, мужчина поднял голову. И тут Франческа его узнала. Не думала она, что ей придётся когда-либо вновь увидеть это лицо.
Дрюн замахнулась на контрабандиста. Слишком поздно. Мужчина раскрыл вторую книгу, и яростный поток серебряного магнуса окутал их всех.
– Лотанну! – во всё горло завопила Франческа.
Она вскочила на подоконник и выпрыгнула из окна, а заодно – из себя. Крылья разом расправились, наполняясь ветром. Чешуйки красного золота замерцали в сумерках. Она спланировала вниз.
Серебристое заклинание Лотанну обволокло Леандру и Дрюн, пригвоздив их к земле. Богиня ещё трепыхалась, Леандра лежала неподвижно. Кто-то из толпы верующих у Облачного Храма[3] бросился к ним, но Франческу интересовал один только Лотанну, она потянулась к нему когтями и разумом, пытаясь разрешить загадку его появления.
Никодимус узнал, что имперскими диверсантами командует именно Лотанну. Значит, между делом он тайно установил связь с Леандрой. Но зачем ему продавать той столь мощный текст? Чтобы перетянуть на сторону Империи? Маловероятно, учитывая, как агрессивно дочь настроена против уничтожения имперских богов.
Пока Франческа пикировала на Лотанну, время словно остановилось. Её мозг неистово работал. Лотанну посмотрел вверх и увидел Франческу. Его глаза расширились. Даже будучи чарословом, человек не в состоянии был вполне постичь её нынешнюю форму, однако Лотанну был мастером в том, что касалось взаимодействия сознания и заклинаний. Какой-то текст из наложенных на его разум позволял ему воспринимать Франческу-дракона. Лотанну раскрыл страницу, на которой находилось боевое заклинание, написанное на сверкающем магнусе.
Франческу от чарослова отделяли десять футов. Она сложила крылья, выставила вперёд задние лапы, растопырив когти, и бросилась на мужчину, точно ястреб на дичь. Но тот уже коснулся сияющего магнусового параграфа, снимая его со страницы. Когтистые лапы были всего в семи футах от груди Лотанну. Он выдернул заклинание из фолианта. Светящиеся предложения мигом обвились вокруг его торса. Два фута. Заклинание сложилось в щит. Один фут. Неожиданный всплеск озарения – и Франческа увидела, что по ландшафту времени пробежала рябь. Будущее вдруг сделалось как никогда текучим. Её когти вонзились в щитовые чары Лотанну.
Время рванулось вперёд. Воздух перестал быть вязким. Когти Франчески прорвали прозу и впились в мостовую, брызнуло каменное крошево, во все стороны полетели комья красной земли. Оттуда, где стоял Лотанну, взметнулись длинные серебряные плети магнуса ударили её в грудь и шею, но рассыпались, едва коснувшись чешуи. Франческа сжала лапой то место, где, как она надеялась, находились останки Лотанну, и ударила, намереваясь окончательно растоптать чарослова. Однако когти встретили лишь камень, лишь земля и камни были в сжатой лапе.
