Вокруг визжали охваченные паникой люди. Франческа воспринимала их голоса как разноцветные огоньки. Присмотрелась, пытаясь определить, какой из них – Леандра, но не смогла. Внезапно налетели белые с серым порывы ветра.
Взревев от ярости, Франческа водила головой, ища свою добычу. В воздухе замелькало что-то, что она сначала приняла за крупных птиц, только никакие это были не птицы. Это были иерофанты. Около дюжины прыгошютов взметнулись в воздушных потоках над площадью, зароившись вокруг Франчески. Они не могли в достаточной мере её воспринять, однако чуяли, что некая могучая сила напала на их вождя. Сначала Франческа не понимала, откуда они здесь взялись, но затем вспомнила о необычно многолюдной толпе кающихся у Облачного храма.
Один из иерофантов спикировал на Франческу. Ткань его прыгошюта распалась на десяток мелких «коршунов» – летучих змеев. Франческа взмыла вверх и вытянула длинную шею, нацелившись на пославшего их иерофанта. Среагировать он не успел, драконьи зубы прорвали текст мантии и вонзились в мягкую плоть. «Коршуны», трепеща, упали на землю.
Франческа поднялась выше, намереваясь убить ещё одного иерофанта, но спину пронзила боль. Оглянувшись, она обнаружила трёх воздушных змеев, мечущихся около её крыльев. Кое-где чешуйки уже были разрезаны их острыми краями, заточенными заклинаниями. Смелый пилот, атаковавший Франческу, наколдовал себе небольшой прыгошют и попытался улететь, но она одним ударом когтистой передней лапы распорола ему живот.
И тут она увидела Лотанну. Чарослов плыл по Малой Священной заводи к противоположному берегу. Франческа метнулась за ним.
Дрюн, вернувший себе мужское обличье, каким-то образом выпутался из магнусовых силков и нёс бессознательную Леандру к Пальмовой Лестнице. Холокаи, размахивая леймако, прикрывал их отход. На них бросился один из иерофантов, часть его прыгошюта отделилась и, извиваясь, прянула вниз, явно намереваясь опутать троицу, но Холокаи разрубил ткань.
Перед Франческой возник прыгошют, его складки сделались острыми, как бритвы. Она ловко извернулась, облетая нападающего и тем самым подарив Лотанну драгоценные секунды: тот заметил её и нырнул под воду.
Франческа рухнула в заводь, надеясь раздавить волшебника. Во все стороны полетели брызги. Тут только она осознала свою ошибку: вода жгла, точно кислота. Эта вода была насыщена гидромантскими чароломками, пожирающими теперь её драконий текст. С визгом, сводящим зубы, Франческа взвилась в воздух, бешено размахивая крыльями.
Одно хорошо: брызги воды пополам с чароломками отогнали иерофантов; двое из них разбились насмерть, когда развалились их прыгошюты.
Живот Франчески что-то ужалило. Изогнув шею, она увидела, что гидроманты из павильона бросают в неё стеклянные фиалы. В высшей точке своего полёта склянки взрывались синими звёздами.
Взревев, Франческа поднялась выше. Лотанну бежал на север, к Облачному храму. Всё её существо полнилось одним желанием: атаковать! Но тут взорвался очередной гидромантский фиал. Пришлось подавить свои инстинкты и повернуть к Пальмовой Лестнице, чтобы найти и защитить Леандру.
Лотанну уже скрылся в лабиринте улиц за храмом. Франческа увидела двух иерофантов, полетевших за волшебником в надежде подхватить его и улизнуть.
Несколько взмахов крыльев, и она поднялась туда, куда не долетали гидромантские фиалы. Под ней раскинулся город, по лестницам и аллеям разбегались прохожие. Навстречу им бежали красноплащники. Леандры нигде видно не было. Оставалось надеяться, что Дрюну и Холокаи хватило ума спрятаться. Если им повезёт, бог-акула сумеет довести их до поместья.
В этот момент Франческа поняла, что она уже не одна в сумеречном небе.
С потемневшего востока вынырнул чужой воздушный корабль. Очевидно, к иерофантам Лотанну подоспела имперская поддержка. Похоже, кто-то на борту обладал текстуально улучшенным мозгом, способным воспринимать Франческу. Белые фок-паруса выдавались вперёд, словно сабельные клинки. Чтобы сохранить избранный курс, тугие кормовые паруса развернулись, поймав алые отблески заката. Их-то и заметила краем глаза Франческа. Иначе так и не узнала бы о приближении иерофантов, пока они не насадили бы её на фок-паруса, словно на шампуры. Ещё миг – и корабль скрылся бы в тени вулкана, сделавшись практически невидимым.
В сердце Франчески вскипела дикая ярость. Она спикировала к Пальмовой Лестнице, заставляя иерофантов опасно снизиться, увеличивая угол атаки. В следующую секунду драконица неслась над широкими ступенями, чиркая кончиками крыльев по белёным стенам и разрывая бельевые верёвки, натянутые между домами.
Люди, бегущие по ступеням, верещали ярко-фиолетовыми голосами, смутно ощущая чудовище, проносившееся над их головами. Впереди, там и сям, в городе на склоне вулкана, уходящем в переливчато-чёрные воды залива, помаргивали масляные лампы.
