Вначале я ничего там не увидел. Жёлтые пятна сухой растительности почти сливались с громадными плоскими валунами, россыпью, подобно каменной реке, спускавшимися с вершины пологой горы. Кое-где их разрезали чёрные полосы, словно трещины или провалы в горной породе, отмеченные глубокой ночной тенью. Нагретые на солнце камни испускали сухой жар, стелившийся дрожащими на воздухе волнами. Тропа впереди становилась совсем узкой, и вскоре вовсе исчезала среди камней.
Рукавом я отёр с лица пот, заливавший глаза и мешавший смотреть, и тут заметил метрах в ста от тропы, укрывшийся под выступом скалы, небольшой храм. Отсюда был виден только квадратный портик с колонами, высеченными из жёлтого камня. За колонами, судя по всему, находился вход в храм или алтарь, вырубленный прямо в скале и таинственно черневший неведомой глубиной. Ошеломлённый увиденной картиной, я замер на плоском камне, пытаясь, как следует рассмотреть таинственное сооружение впереди. Звенящая тишина нарушалась лишь сухим потрескиванием лопавшихся на жаре коробочек семян, обильно покрывавших ветви кустарника.
В следующее мгновение у себя за спиной я услышал странный шорох, но прежде чем успел обернуться на звук, что-то твёрдое уперлось мне в спину между лопатками. Глухой, как-будто из подземелья, голос приказал: «Не шевелись!». Инстинктивно выпрямившись, я застыл на месте. В этот момент Юли, заметив моё напряжение, удивленно воззрилась на меня. А твёрдый предмет – вероятнее всего, ствол оружия – скользнул вниз по моей спине, к пояснице, и лёгкий толчок едва не вывел меня из равновесия, заставив проделать сложный акробатический маневр, чтобы удержаться на ногах. С трудом развернувшись, я смог рассмотреть говорившего: старик с длинной бородой и большим шрамом на правой щеке. Он стоял в двух шагах от меня, полускрытый кустарником. Ствол древнего карабина теперь упирался мне в грудь. Калибр оружия и холодный решительный взгляд тёмных глаз незнакомца под сдвинутыми седыми бровями не оставляли никакой надежды на сопротивление. И тут я узнал его. Ведь это он встретился нам тогда в лесу и вывел с болота к лагерю старателей!
Похоже, старик тоже вспомнил нас, потому что в глазах у него мелькнуло сомнение. Его быстрый взгляд обратился к Юли – она застыла в оцепенении в нескольких шагах за моей спиной – затем он снова посмотрел на меня. Несколько минут мы внимательно изучали друг друга. На старике была надета всё та же выгоревшая на солнце рубаха, через расстёгнутый ворот которой на загорелой жилистой шее можно было рассмотреть какой-то замысловатый амулет или медальон, висевший на плетёном кожаном шнуре. Длинные седые волосы старика были тщательно собраны на затылке в тугой пучок, проткнутый острой деревянной иглой. Его скуластое, потемневшее от загара лицо выглядело спокойным, а длинный рубец шрама придавал этому лицу решительно-суровый вид.
Мысленно я порадовался тому, что наконец-то нашёл того, кого так долго искал. Ведь по описанию Кулака, перед нами сейчас стоял никто иной, как сам таинственный Хо. Значит, интуиция не подвела меня и на этот раз. В это время старик заметил в моих руках мешок и кобуру на ремне, и слегка качнул стволом карабина вниз. Я понял его жест. Спокойно опустил на камни мешок, вынул пистолет из кобуры и бросил его туда же. Только после этого ствол грозного оружия медленно опустился.
- Кто вы? - сурово спросил Хо.
- Моё имя Максим Новак. Это моя жена, Юли.
- Что вам здесь нужно? - Голос у старика был глухой и негромкий, как у тяжелобольного.
Я решил не раскрываться сразу.
- Мы ищем человека по имени Хо.
Глаза старика сделались непроницаемыми, но дрогнувший ствол карабина сказал мне о многом.
- Хо?.. - Пауза. - Зачем он вам?
- Мне нужно поговорить с ним. Вы знаете его?
Сухие губы старика вытянулись в одну линию.
- Поговорить? - на этот раз его голос не выражал никаких эмоций.
Наступила долгая пауза. Только короткие, словно электрические разряды, щелчки лопающихся семян делали реальным окружающий мир. Казалось, Хо забыл о нашем существовании. Юли беспокойно заёрзала на горячем камне, и я решил нарушить тягостное молчание.
- Так как, мы можем поговорить?
Мои слова, будто вывели старика из оцепенения. Он посмотрел на меня тусклым взором, промолвил: «Хорошо. Идёмте». Выйдя из кустов, Хо не спеша направился вверх по тропе. Теперь я разглядел его полностью. Помимо рубахи, подпоясанной широким кожаным ремнём, на нём были надеты свободные чёрные штаны, сужавшиеся к щиколоткам. Обут он был в лёгкие кожаные мокасины. У ремня висел длинный нож в чехле. Карабин старик нёс в левой руке.
