— Поразительно! - вырвалось у Иллика Шелли.
— Мне кажется, что в описанном «Энума Элиш» заговоре «молодого поколения богов» против праматери Тиамат и её мужа Апсу речь идёт о периоде, когда ануннаки во главе с Шу-Энлилем только оказались на Земле, - в раздумье произнесла Светлана. - Видимо, Шу бежал сюда со своей свитой, а после начал по приказу Ану-Ра строить посадочные площадки для космических аппаратов, готовя обширную экспансию «богов» с их родной планеты. Но Земля в это время была во власти Змиев, и частые полёты новоявленных космических гостей сильно беспокоили тех. Всё возрастающее присутствие на Земле «солнечных богов» и привело к очередному столкновению со Змиями-Асурами. Именно поэтому «боги» из свиты Тиамат призывают её: «Нас, что так маются, нас ты не любишь! В бессоннице высохли наши очи! Сбрось ярмо, и покой мы получим!». И мы видим, что в столкновении с Мардуком принимают участие различные змееподобные чудовища, порождённые Тиамат: «Могучи творения её, нет им равных! И ещё сотворила одиннадцать этим подобных!».
— Как я уже сказал, мне думается, что Тиамат тождественна Тефнут-Гее, бежавшей на Землю от преследований Ра-Ану и его отца. Но те ануннаки, что были также сосланы сюда по распоряжению Ра или даже Шу, вполне могли входить в число союзников Тефнут во времена её конфронтации со своим мужем, когда тот ещё занимал царский трон на «Небесах». Именно поэтому они названы в «Энума Элиш» её «первенцами», именно поэтому из их числа Тиамат выделяет Кингу, избирая его полководцем и назначая главой Совета «богов». Фактически, будучи супругой правителя, Тиамат-Тефнут называет Кингу своим новым мужем и сажает его на трон, только не в Аат-Небес, а на Земле: «Надо всеми в Совете тебя вознесла я, все божьи решения в твою руку вложила! Всех ты превыше. супруг мой единый, над ануннаками вознесу твоё имя! Лишь твои неизменны приказы, уст твоих нерушимо Слово! Ныне, как Кингу взнесён, дали сан ему Ану».
— Разумеется такой поступок не мог не возмутить Шу, - продолжал Акира. - Ведь он, теперь уже по велению Ра, возглавлял колонию ануннаков на Земле. И уж тем более сам Ану-Ра воспринял это как личный вызов и оскорбление непокорной беглянки, которая не пожелала стать его законной супругой, укрепив тем самым его власть в Аат-Небес. Поэтому Ра направляет все силы на уничтожение бунтовщиков и назначает для этой миссии главным всё того же Шу-Энлиля. Своему отцу в подавлении восстания ануннаков активно помогает его сын Геб-Крон, заменивший к этому времени в колонии «богов» Кингу на посту «главного офицера». Шу-Энлиль напутствует его так: «Я подарил тебе небесную бурю для борьбы с мятежными землями. Я подарил тебе булаву, поток, воспламеняющий горы. Царь, узок был путь перед твоей бурей. Однако, Нинурта, я был уверен в твоём наступлении на горы… ты в своей буре сверху набросился на мятежные земли… Ступай же, жизнь прерви Тиамат! Пусть ветры развеют её кровь по местам потаённым!».
— Но Геб-Нинурта в этой заварушке имел и свой личный интерес, - резонно заметила Светлана.
— Безусловно, - согласился с ней Акира. - Во-первых, он всё ещё пылал страстью к своей матери Тефнут-Тиамат, что хорошо видно в его речи, обращённой к ней перед предстоящей битвой: «Кричали сыны — отцы их презрели, а ты, их праматерь, ненавидишь милость! В полюбовники Кингу ты избрала, в сан Ану ввела, ему не должный! Владыке богов, Аншару ты уготовила злое! И богам, отцам моим, ты также зло замышляешь!».
— Вот не понимаю я этих «богов»! - горячо воскликнул Иллик Шелли. - Что это? Что за чувства ими руководили во всех этих сварах. Она же его мать, в конце концов!
— Это называлось ревностью, - спокойно ответил Акира. - Неуверенность в себе порождала зависть к другим, плюс чувство собственичества, обращённое на других людей.
— Ужас какой! - вскричала Эйго, неприязненно морщась. - Как можно считать другого человека своей собственностью?
