— Я хочу вам сказать… хотела давно сказать… - казалось, она подбирала слова, стараясь найти нужное, то самое важное слово. Её глаза блуждали по моему лицу. Она глубоко вздохнула, пытаясь унять волнение, нахлынувшее на неё, и предложила: - Давайте поднимемся наверх?
Мы вышли на верхнюю обзорную палубу. Сквозь узкие прорези в боковых стенах защитного стеклянного колпака, походившие на акульи жабры, был слышен плеск волн, а стремительные порывы ветра доносили сюда морскую прохладу и свежесть. Солёный запах волн наполнял ноздри бодрящей остротой. Сейчас экранолёт сбавил свою скорость, обходя с запада по большой дуге остров Кергелен.
Опершись о перила заградительного барьера, Светлана задумчиво смотрела на бескрайний водный простор, щурясь на солнце и подставляя разгорячённое лицо морскому ветру. А я стоял рядом и любовался её точеным профилем, чувствуя как тёплая волна, в который уже раз стремительно поднимается от сердца к горлу, сбивая моё дыхание.
— Смотрите!
Девушка коснулась моей руки, указывая в сторону, где в отдалении огромная стая дельфинов охотилась на косяки сардин, сбившихся на стыке холодного и тёплых течений.
— Правда, здорово? - спросила она, глядя на меня, искрящимися на солнце глазами.
— Да, удивительное зрелище, - задумчиво произнёс я, следя за юркими дельфиньими спинами.
— Знаешь, я всегда пойму тебя, чтобы ни случилось! - негромко, но твёрдо произнесла Светлана, неожиданно переходя на «ты». - И всегда буду рядом с тобой!
Я порывисто повернулся к ней, ошарашенный услышанным, и тут же утонул в её бездонно-глубоких глазах, смотревших на меня с бесконечной любовью и преданностью. Сердце моё в один миг радостно подпрыгнуло к горлу и бешено забилось от охватившего меня волнения и счастья. Помедлив, я схватил её ладони и прижал их к своей груди, продолжая бездумно падать на дно тёмного омута её расширившихся зрачков.
* * *
Когда экранолёт вошёл в обширную бухту на восточной оконечности острова, было уже далеко за полночь. В свете огней порта стена прибрежных гор, поросших пальмовым лесом, казалась застывшей морской волной, поднимавшейся от океана к ночному пронзительно чёрному небу. Яркие звёзды плавали над ней россыпями драгоценных жемчугов. Звёзды плавали и в воде, у нас под ногами, и голова кружилась от этого безграничного звёздного простора, словно мы оказались на границе самой Вечности.
Мы вышли на одну из улиц прибрежного посёлка, которая тянулась от самой бухты, карабкаясь по склону куполообразного холма к бездонному ночному небу, и медленно пошли между уютных одноэтажных домиков. Нарочито неровные, шершавые плиты смальты, выстилавшие улицу, отражали рассеянное, слегка призрачное бело-розовое и голубовато-фиолетовое свечение, царившее вокруг. Это светились кроны деревьев, гены которых были соединены с генами морских обитателей, способных синтезировать люциферазу. Биотехнологии творили настоящие чудеса, позволяя таким образом освещать большинство земных городов и посёлков в ночное время, экономя производимую на планете энергию и давая ощущение близости к первозданной природе. Вроде бы ничего необычного в этом и не было, но никогда не проходило ощущение, что ты вдруг попал в какую-то сказочную страну, а листья вот-вот начнут издавать едва слышимый перезвон, наполняя этот светящийся туман прекрасной мелодией. С самого детства эта картина зачаровывала меня.
Осенняя ночь, тёплая, безлунная и безветренная, дышала умиротворяющим покоем, наполненная звуками близкого океана. Я часто поглядывал на идущую рядом Светлану, освещённую розоватым свечением деревьев, рассаженных в длинные аллеи вдоль улицы, и её лицо казалось мне сейчас особенно прекрасным и даже загадочным. Не удержавшись, я осторожно притянул её к себе.
— Люблю тебя! Навсегда! Навечно!
— Я тебя тоже!
Она остановилась, положила ладони мне на грудь. С лёгкой грустью в голосе сказала:
— Но дело в том, что признание в любви это только начало… А что будет потом, Сид?
— А что потом? - не понял я.
— Потом два человека могут не сдержать эти три слова, - пояснила она и вкрадчиво спросила: - Что ты думаешь о нашей дальнейшей судьбе?.. Что ты думаешь обо мне?
— Мне думалось, что вы, женщины, обладаете удивительной способностью перевоплощаться. Может быть, так вы спасаете себя от трудностей, которые преподносит нам всё более усложняющаяся жизнь?.. Там, на Марсе или в Антарктиде, в работе, ты была одна, а сейчас — совсем другая. Такова и твоя подруга, Эйго. Это одновременно и восхитительно и немного пугает меня... Вы обе изменчивы, как этот океан!
Я кивнул назад, откуда доносился шум далёкого прибоя. Светлана остановилась, в упор, глядя на меня. Потом глаза её смягчились, и в свете деревьев я увидел в них нежную насмешку.
— Милый, Сид! У тебя не должно возникать сомнений, если ты готов принять женщину такой, какой она тебе предстала — созданной жизнью и ею самой. Неужели ты ожидаешь увидеть существо, которое по специальному заказу тебе представил сам Бог?.. А что если быть вместе со мной тебе окажется не по силам?
— Пугаешь меня? Да? - полушутливо спросил я.
