Найт устремил на газетчика пронзающий душу взгляд и ядовито заметил:
– Как я вижу, мистер Финнеган, требование суперинтенданта не разглашать детали расследования оказалось для вас невыполнимым.
– Мистер Хартли имел в виду прессу, – попробовал защититься газетчик.
– Не только, и вы это прекрасно слышали. – Инспектор повернулся к Патрисии и сэру Уильяму: – Прошу не думать, будто я вам не доверяю. Я ценю ваше желание помочь, однако я не вправе посвящать вас в то, что пока еще не подтверждено. Надеюсь, вы это понимаете.
– Разумеется, – кивнул пожилой джентльмен. – Надеюсь, и вы понимаете: мы отнюдь не ожидаем, что вы станете раньше времени раскрывать нам все свои секреты.
Патрисия была не согласна с дядей, но промолчала, хотя это и далось ей нелегко.
– Это сложное дело. Я чувствую, что до разгадки еще далеко.
– А по-моему, все ясно, – сказал Финнеган спине Найта: – Лора Батлер отравила любовника, не выдержала мук совести и отравилась сама. – Он поспешно добавил: – Я ничего не разглашаю! Ручаюсь, что такие проницательные люди, как сэр Уильям и мисс Кроуфорд, уже додумались до этого сами.
– Мне это тоже приходило в голову, – откликнулся инспектор, не оборачиваясь.
– Не удивлюсь, если яд окажется тем же самым, – расхрабрившись и явно рисуясь перед девушкой, заявил газетчик. – В наказание за содеянное отравительница сама пожелала принять те же муки, что и ее жертва.
– Нет, – запротестовала Патрисия, – никогда не поверю, что такая милая женщина могла лишить кого-то жизни! А может быть, доктора Паттерсона убил кто-то другой, а Лора Батлер не смогла перенести потерю возлюбленного и наложила на себя руки?
Найт подумал, что мисс Кроуфорд отлично усвоила стиль Джека Финнегана и они могли бы с успехом работать в соавторстве.
– Самоубийцы, как правило, оставляют предсмертные записки, – заметил сэр Уильям.
– Верно, сэр, – кивнул инспектор.
– Вы нашли записку? – тут же спросила девушка.
– Мисс Кроуфорд, – Найт приложил руку к сердцу, – позвольте мне пока придержать некоторые тайны следствия, вернее, их остатки. Когда я закончу расследование, то обязательно вам обо всем расскажу. – Он улыбнулся: – Если, конечно, буду иметь честь получить приглашение на чашечку чая на Гросвенор-стрит.
– Можете на это рассчитывать, – пообещал сэр Уильям.
– Сэр, мисс Кроуфорд, хочу еще раз вас поблагодарить. К сожалению, не могу уделить вам больше времени: это место становится небезопасным, и мне необходимо как можно быстрее разобраться, чт
Пожилой джентльмен понял его намек и ничуть не обиделся.
– По-моему, нам пора домой, дорогая, – сказал он, вставая со скамьи и протягивая руку Патрисии.
Та подчинилась с большой неохотой.
Джек Финнеган проследил, как сэр Уильям с племянницей удаляются в сторону ворот, и спросил уныло:
– Я уволен?
– Увы, это не в моих силах, – хмыкнул инспектор Найт.
Газетчик воодушевился и немедленно поинтересовался:
– О каких остатках тайны вы говорили?
– Лора Батлер тоже выпила черный кофе.
– Ну вот! Отравилась – как я и говорил!
– Никакой предсмертной записки я не нашел. Поэтому сомневаюсь, что сестра Батлер совершила самоубийство.
– Тогда что же получается… ее тоже убили?
Инспектор неопределенно пожал плечами.
– Куда мы теперь? – спросил Финнеган.
– Нужно еще раз поговорить с миссис Паттерсон.
– Вы думаете, это она решила расправиться с неверным мужем и его любовницей?
– Попытаемся это проверить.
Помня, как вдове явно не терпелось избавиться от непрошеных визитеров в прошлый раз, инспектор Найт не рассчитывал, что и сейчас им окажут теплый прием. За время службы он уже привык к тому, что родственники погибших не радуются вопросам полиции, зачастую неудобным и бестактным. Поэтому он был удивлен, когда женщина, встретив его и Финнегана, радостно воскликнула:
– Как хорошо, что вы пришли! Я уже сама хотела к вам ехать.
– Что-то случилось, мэм? – спросил Найт.
– Не то чтобы случилось… Но, думаю, вам будет это интересно: я только что нашла дневник мужа. Сейчас принесу.
Миссис Паттерсон вышла и через минуту вернулась.
– Вот, – сказала она, протягивая инспектору толстую тетрадь в клетчатой обложке. – Я разбирала вещи моего дорогого Оскара и… Дневник лежал в одежном шкафу, под носовыми платками.
«Ложь, – подумал Найт. – Дневник был в кабинете. Она нашла его, скорее всего, еще вчера, но хотела сначала прочесть сама». Вслух он произнес:
– Очень вам благодарен, мэм. Несомненно, это пригодится для расследования.
– Рада была помочь.
Хозяйка улыбнулась и кивнула, показывая, что больше не задерживает своих гостей, однако инспектор не торопился уходить.
– Позвольте вопрос, мэм: почему вы скрыли, что приезжали в больницу в день смерти вашего мужа?
– Меня там не было, – холодно возразила женщина.
– У нас есть свидетель, который вас видел.
– Ваш свидетель ошибается.
– Мы знаем, с кем вы там разговаривали, более того – угрожали.
– И кто же она? – миссис Паттерсон прищурилась и стала еще больше похожа на лисичку.
– Я не сказал, что это была женщина, – вкрадчиво заметил Найт.
Миссис Паттерсон смутилась, но быстро нашлась и гневно произнесла:
