«Альбомы Колтрэйна продавались в количестве от 25 до 50 тысяч штук в год, что необычайно для джазового альбома. «А Love Supreme» была бестселлером, шедшим уже шестизначными цифрами. Я был порядком удивлен и все мучился вопросом: «Кто же покупает эти записи?» Тогда я навестил нескольких коллег по торговым делам, работающим в сфере просвещения, и узнал, что почти все обучающиеся музыканты имеют записи Колтрэйна. Очевидно, они первыми покупают их.
В апреле 1964 года контракт был возобновлен. И хотя его условия остались прежними, аванс существенно возрос: теперь Джон должен получать по 25000 ежегодно, в течение трех лет.
Пропорционально новому контракту возросло и количество записей. В конце концов их появилось так много, что даже преданные поклонники с трудом улавливали эволюцию и музыкальный рост саксофониста. Но только не Сплайби: его близость к Колтрэйном и его музыкой позволяла отмечать все нюансы. Он слышал в музыке Джона более меланхолические оттенки и, будучи немного мистиком, начинал думать, что происходить нечто странное или вот-вот случится. Особенно когда он слышал альбом «Crescent».
Джеральд МакКивер:
Не слишком многие знакомы с этим альбомом, но;я, разумеется, знаю его, потому что это наиболее лиричный и меланхолический альбом из всего, что я вообще слышал до сих пор.
Там есть одна мелодия под названием «Wise One», которая начинается медленно, с настроением, а затем в бридже переходит в латинский ритм. И когда Трэйн проигрывает тему повторно, я слышу вопрос: — Почему? Позднее мне пришла в голову мысль, что он мог надписать этот мотив для Эрика Долфи.
«Crescent» был записан 27 апреля и 1 июня 1964 года.
29 июня в Берлине в результате осложнений от диабета и коронарных заболеваний умер Эрик Долфи.
Джон Колтрэйн горько оплакивал ушедшего друга, бесценного музыканта, которого он уже не услышит. Родители Эрика подарили Джону флейту и бас-кларнет своего сына. Первая прозвучала в пьесе «To Be», записанной в альбоме «Expression», второй — в фрагменте альбома «Cosmic Music», посвященном Мартину Лютеру Кингу (»Reverend King»), трагически погибшему 4 апреля 1968 года.
Арти Шоу:
«Я не решаюсь употребить слово «гений», но уверенно назову Джона Колтрэйна великим мастером и весьма своеобразной личностью. Я слушаю новую музыку, и его в том числе, но облике, слух которой не специализирован, требуется много времени, чтобы понять и усвоить исторические открытия. Кроме того, он занимался творчеством при слушателях, и хотя никто не ждал, что он каждый раз будет создавать классику, он все-таки старался каждое исполнение делать классическим. Я надеюсь, что в этом процессе он скажет еще несколько новых слов, а если говорить о его музыке в целом, мне кажется, что это нечто значительно большее, чем просто отдельные ценные вещи».
Эрни Лоуренс:
«Джон Колтрэйн был музыкальной силой, полной и мощной, которая в ляда на каждого, кто находился около него, либо слушал его музыку. Даже те, кто пишет рекламную музыку для телевидения или собирают всю эту муру, которую вы слышите в метро на эскалаторе, вынуждены поддаться влиянию этой силы. Если вы знаете и любите музыку и знаете о ее современном развитии, вы не можете избежать влияния Джона Колтрэйна».
Но был музыкант, который сам влиял на Джона Колтрэйна.
Это был Сан Ра, про которого Джон однажды сказал; «Сан Ра сказал мне, что моя музыка каким-то образом перекликается с тем, что делает он».
Сан Ра:
«Музыка Колтрэйна, как и моя, космическая и духовная, но в ней присутствует сильная романтическая черта, которую я слышу и люблю. Вся его музыка интересует меня, но больше всего мне нравится «Му Favorite Things», потому что эта песня показывает в нем романтика».
Сан Ра не романтик, это благодушный, мягкий, буддообразный человек и по физиономии и по философии. Он руководит составом, меняющимся от 8 до 22 человек, который известен под многими названиями, но чаще всего после легиона прилагательных в них встречается слово «Аркестра». В этом оркестре играют наиболее передовые музыканты, окончившие Джульярд или Парижскую консерваторию, и именно они помогают лидеру исследовать музыку и инструменты различных стран. Таким образом, Сан Ра, подобно Ниро Вулфу, решающему особенно головоломные проблемы, и имеет возможность эклектически претворять в огромный музыкальный коллаж все эти звучания, лады, ноты и ритмы и называть это тем, чем и должна быть музыка — универсальным языком.
Его имя — одного из египетских богов солнца — отражает его универсальное убеждение, что жизнь и музыка исходят из одного источника. Подобно странствующему оркестру менестрелей, Аркестра представляет собой коммуну мужчин и женщин, музыкантов, танцоров и певцов, которые вызывают у нас угрызения совести, когда скандируют во время выступления: «Если вы не реальность, то чей же бы миф? Если не миф, то чья же вы реальность?» Как утверждает одна из тем оркестра, «Мы путешествуем в космосе».
