– Сядьте и не говорите того, о чём потом пожалеете.
Медик грузно опустился на своё место и принялся мрачно разглядывать свои крупные, с толстыми пальцами руки.
– Вот так работаешь. Домой только ночевать приходишь. Родную дочь видишь урывками… – проворчал он себе под нос. – А ей нужны внимание и уход. Моя Розалин такая хрупкая девочка… Отрываешь время от самого важного для стражей, получаешь за это крохи. Никакой благодарности…
В кабинете повисла гнетущая тишина. Мина поёжилась, испытывая одновременно непонятный ей самой стыд за Холгера и сочувствие. Тот выглядел подавленным. За короткий срок службы в «Совиной страже» Мина успела узнать, что почти взрослая дочь медика борется с тяжёлой болезнью. Мать, одна из Эйнардов, умерла, когда девочке было не больше года. Холгер все силы направлял на содержание и поддержку дочери. Работа была ему очень нужна. Мине стало жаль Шэда, но по правилам Морган имел полное право отстранить медика от расследования. Даже не «мог» – был обязан…
– Я знаю о том, что вы работаете на два отдела, мейстари Холгер, – официальным тоном ответил Морган. – Всё знаю. Стражам не положен свой судмедэксперт. Я уже докладывал об этом в департаменте, но неспящие финансируются по остаточному принципу. Сейчас мы говорим не об этом.
Морган немного помолчал, оглядел притихших сотрудников и снова обратился к Виктории:
– Итак, что вы скажете?
Мейстари Норд держалась прямо и независимо.
– Мы занимались останками из дома Эйнардов, – кашлянув, сообщила она. – Трактирщика привезли позже, поэтому только первые выводы. И они схожи с мнением вашей подчинённой. Полиция предоставила подробное описание места, собрала улики. На одном из ящиков была обнаружена кровь. Я оценила расположение раны… Несчастный случай. Мейстари Холгер согласен с моим заключением. Предварительным заключением.
Она повернулась к Шэду. Тот коротко кивнул.
– Какое странное совпадение, – задумчиво проговорил Морган. – Стоило нам заинтересоваться трактиром…
Иттен шумно порылся в папках на своём столе и помахал какой-то бумажкой, которых у него всегда водилось с избытком:
– Полицейский отдел передал, что трактирщик заказал билет на поезд до границы с Нифляндией.
– Решил бежать, – заключил Морган. – Что его могло вспугнуть? Никаких прямых улик на него не было и нет. Когда-то стражи пытались прижать его за незаконный оборот явника, но делу не дали ход. У хозяина нашлись влиятельные покровители.
«Как и в деле с Часовщиком», – подумала Мина. Она всячески гнала от себя страшные выводы об отце, но Лара писала, что с якобы «городской легендой», вероятно, связан кто-то из Сената.
– Зашёл напоследок в заведение и был атакован мороками? – подала голос Кэрри. – Похоже на правду.
– Похоже, – подтвердил Морган. – Верного ответа нам не узнать. Шэд, шурин общался с трактирщиком? Вы часто бывали в «Совином приюте».
– Не более, чем другие зеваки, – хмурясь, сказал Холгер. – Тристан никогда не говорил про какие-то дела с хозяином.
– А как же часы в трактире и… необычное поведение магии вокруг этого человека? И вокруг Тристана, – напомнила Мина. – Это… почти улика.
Она же успела доложить обо всём, что видела перед первым походом в дом Тристана. Неужели Морган забыл?!
– Я что-то такое видела. – Кэрри немного сомневалась.
– Всё это может быть игрой магии Пустоты, иллюзией, и ничего не значить. Трактирщик нам ничего уже не расскажет. Вопрошать трупы мы не умеем. Даже Шэд и Виктория. Обследуем трактир снова, но вряд ли это принесёт пользу, – неожиданно мягко ответил Морган.
– Останки и тело вашего несчастного погибшего имеют следы магии, – подумав, сказала Виктория. – Другой бы не понял, но я одна из вас, поэтому почувствовала.
– Шэд? Была магия? – Морган будто пожалел Холгера и решил подбодрить новыми вопросами.
– Я ничего не почувствовал. Может, немного, – с кажущимся безразличием откликнулся Шэд, но тут же побагровел и выплюнул: – Зачем интересоваться мнением, если стражи больше не нуждаются в моих услугах? Разве я ещё в деле?
– Ты невыносим сегодня, – процедил Морган.
Мина не могла не согласиться с начальником. Холгер сегодня походил на дикого ежа, настроенного любой ценой защитить себя от мнимой опасности.
– Так напиши на меня рапорт, Мор. Пусть отстранят официально. – Шэд поднялся, сжал кулаки.
– Я это сделаю, мейстари Холгер, – пообещал Фаррел.
Судмедэксперт развернулся и вышел, хлопнув дверью.
Некоторое время все молчали. В воздухе осталось висеть напряжение.
– Странный сегодня день. Похолодает, наверное… – в тишине заметил Иттен.
– Давайте дальше, – махнул рукой Морган, сбрасывая оцепенение. – Придёт в себя, и поговорим. Прошу простить, Виктория, что вы вынуждены стать свидетелем… Обычно Шэд более приятный собеседник.
– Отчасти я его понимаю. Профессиональная ревность… Я пришлю вам своё заключение. Можете обращаться ко мне в любое время.
Морган поблагодарил мейстари Норд лёгким поклоном и обернулся к Иттену: