– Ничего страшного. Один браслет не превратит меня в нежную барышню, – спустя минуту проворчал он со своей обычной мрачностью.
Мина в ответ фыркнула:
– Я надеюсь… Как-то привыкла к начальнику, а не начальнице. Да и…
Она замолчала, вспомнив, что в кабинете они не одни.
Морган приподнял брови, одарил Мину долгим и глубоким взглядом. В пылу спора она раскраснелась, дыхание стало тяжёлым, а взор сверкал. Он склонил голову набок. Глаза Моргана точно говорили: «Я хочу поцеловать тебя прямо сейчас».
Морган покосился на предпочитавшего ни во что не вмешиваться Иттена за соседним столом. Мина вздохнула.
Начался новый рабочий вечер. Оказавшись на изнанке, Мина предложила:
– Давай поднимемся повыше. Вдруг браслет лучше… «почувствует» Тристана. Через крыши быстрее пересечём округ.
Моргану идея не понравилась.
– Ты недостаточно тренирована для прыжков.
– Заодно подготовишь меня. – Она мило улыбнулась и состроила умоляющую гримаску.
Морган наклонился к самому лицу Мины, замер возле её губ, но отстранился и вздохнул:
– Придётся учить тебя, иначе я сойду с ума от тревоги. Впрочем, я всё равно сойду с ума. Наверное, уже сошёл…
Они отыскали ближайшую пожарную лестницу и вскарабкались на крышу. Вид оборотного Раттема всегда вызывал в Мине восторг. Вот и сейчас она несколько мгновений наслаждалась прямыми линиями каналов, с перекинутыми мостами, тёмными расселинами улиц между домами и небом, накрывшим город тёмно-лазоревым одеялом.
Мина стояла на краю крыши. Морган подошёл со спины и обнял её. Мина доверчиво откинулась, точно зная, что этот мужчина никогда её не отпустит и не позволит соскользнуть вниз.
– Вот морок! – тихо выругался он. – С этим браслетом не успел сказать…
– Что такое?! – Мина встревоженно дёрнулась, но Морган не разомкнул своих крепких объятий.
– Из полиции сообщили, что закончили проверку смерти трактирщика.
– И-и-и?
Мина почувствовала какой-то подвох в словах Моргана.
– Они решили, что вышла ошибка. Не знают, что и думать. По отпечаткам пальцев полиция нашла в картотеке некого Бартоломео Вальже по прозвищу Проныра…
– Ой, я всегда знала, что этот тип тот ещё… проныра, – хихикнула Мина, снова расслабляясь в сильных руках мага.
– Это да! Только Вальже приговорён к смертной казни лет пятнадцать назад, и на тот момент ему было чуть больше пятидесяти.
– Трактирщик выглядел моложе. Лет… тридцать пять.
Удивившись, Мина развернулась и уткнулась Моргану в грудь. Подняла голову. Взгляды встретились. Стражи стояли на краю крыши, прижавшись друг к другу, словно только так, во взаимном притяжении, могли удержаться от падения. На миг они забыли обо всём.
– Нет, это всё-таки невыносимо, – простонал Морган и одним рывком завладел такими желанными губами Мины.
– И не сопротивляйся, – словно выныривая из глубины, произнесла она между жадными вздохами.
Несколько минут прошли в сладкой истоме, под лёгкими порывами магического ветра и хрустальными звуками перезвона, доносящимися с окраины города.
– Так что там Проныра? – вспомнила Мина, когда они сделали передышку.
Морган увлёк Мину за собой на безопасное место и только тогда разжал объятия. Он энергично растёр лицо. Чуть ли не оплеух себе надавал, чтобы вернуться мыслями к работе. Мину это развеселило, но она поспешила скрыть улыбку, чтобы не злить сурового начальника. Впрочем, теперь ей было сложно считать мейстари Фаррела строгим и непреклонным ворчуном.
– По данным полиции, приговорённому удалось бежать. У него были связи в преступном мире. В Раттеме он имел вес среди контрабандистов и торговцев запрещённым товаром, отменно налаженную сеть поставок.
– Его не поймали? – догадалась Мина.
– Он исчез. Посчитали, что он залёг на дно в одной из провинций или даже в другой стране. Забросил тёмные дела. Трактирщик из «Совиного приюта» подходит под телесную метрику, и отпечатки сошлись. Отличается только возраст.
– Интересно, какого же цвета у него были глаза…
Морган, осматривавший соседние крыши, перевёл взгляд на Мину.
– Странный вопрос. У тебя появилась догадка?
Она сунула внезапно озябшие руки в карманы курточки. Мина не хотела, чтобы Морган видел, как задрожали пальцы. На мгновение память вернула её в тот отрезок жизни, который она хотела бы забыть. Мина постаралась придать голосу ровности и безразличия.
– Когда я была совсем юной… Кажется, я упоминала об этом… Родные хотели «исцелить» меня от дара. Они так это называли. Я лежала в клинике, где видела подростков с изменённым цветом радужки. Ярко-оранжевый цвет от неумеренного употребления явника. Все они проводили время на изнанке.
– Трактирщик снабжал их явником, – кивнул Морган.
Он сделал шаг к Мине, чтобы снова прижать к себе, укрыть в кольце своих рук. Так ей стало легче говорить.
– Да… Не просто так это запрещено. В малых дозах явник – лекарство, а в больших… – Мина помолчала. – Лара писала про группу людей. Профессор сказал, что соучастников несколько человек. Возможно, все они пили некое зелье, от которого меняется цвет глаз. У Орвилла, Тристана и Розали ярко-лазоревая радужка.