Гарри оделся быстро. Рубашку Ала он всё-таки надел, но остальное осталось за ним. Джинсы. Он не носил их с лета, отдавая предпочтение более удобным и просторным школьным брюкам, да и они были частью той, другой жизни, которую ни в коем случае нельзя было объединять с этой. Честно попытавшись пригладить волосы целых два раза и оба раза потерпев неудачу, он присел на кровать, неспешно протирая платком очки, но уже через несколько минут раздавшиеся совсем близко весёлые голоса заставили его обратить на них внимание.
Малфой шёл, жеманно улыбаясь и со снисходительным видом выслушивая о чём-то щебетавшего Слагхорна. Позади Николаса, как преданная маленькая собачка на поводке, плыли по воздуху пять или шесть пакетов самых разных цветов и размеров.
«Девочки собираются на бал», — заулюлюкал внутренний голос, мерзко хихикнув. Поттер мысленно согласился, что эта ассоциация подходила лучше всего.
И началось. Рубашки, мантии, ботинки, галстуки, расчёски, смесь абсолютно несочетающихся парфюмов, разные баночки с непонятно для чего предназначенным содержимым, недовольные стоны и чертыханья. Будучи не в силах вынести всё это, Гарри вскоре сбежал в гостиную, надеясь обнаружить там тишину и спокойствие, ведь все студенты младше седьмого курса разъехались по домам и вся гостиная Слизерина осталась в полном распоряжении одиннадцати человек. Но там, как оказалось, дело обстояло ничем не лучше. Девушки предстали перед ним совсем с другой стороны, чем раньше. Теперь это были не милые и воздушные создания, а фурии, бегавшие туда-обратно с платьями наперевес, кричащие, возмущающиеся, наполовину накрашенные и завитые. У некоторых даже сдавали нервы, и они громко рыдали, огрызаясь на всех и вся, но, вспомнив о макияже, успокаивались и как ни в чём не бывало продолжали сборы. Бал, сделал вывод Поттер, практически выбегая из слизеринской гостиной, это абсолютное, чистейшее зло, которое сводило людей с ума.
Устало присев на подоконник, Гарри прислонился головой к стене. Ала в скором времени можно было не ожидать. И что тогда делать? Спрятаться, что ли? А Дамблдору сказать, что случайно разминулись…
Мысли в голове крутились разные, но Поттер продолжал ждать.
Прошло полтора часа, когда Альбус наконец появился в проходе гостиной. Он выглядел слегка встревоженным, но, едва завидев Гарри, кажется, вздохнул с облегчением.
— Я уже испугался, что ты передумал, — осторожно пожаловался он и, коротко улыбнувшись, спросил: — Ну? Как я выгляжу?
А Гарри просто стоял и откровенно пялился.
Ал был… шикарен. Тёмно-синяя рубашка с парой расстёгнутых верхних пуговиц придавала его глазам глубокий васильковый цвет, белый приталенный костюм делал его ещё более изящным и отчётливо выделял все достоинства фигуры. Волосы — Ал всё же решил стянуть их в хвост — казались более тёмными, рыже-каштановыми.
Ал довольно улыбнулся, радуясь, что потратил эти полтора часа не зря.
— Гарри? — вежливо улыбаясь и стараясь оставаться невозмутимым, позвал он. — Ты мог бы просто сказать: «Ал, ты выглядишь потрясающе!» Этого вполне достаточно.
Поттер закашлялся. Сказать, что Дамблдор выглядел потрясающе… восхитительно, волшебно, прекрасно? Нет, он не мог.
— Идём, Ал, — сказал он вместо этого и, не дожидаясь Дамблдора, пошёл впереди.
Внезапно он почувствовал у себя на животе крепкие руки. Развернувшись, — это было не очень удобно и очень тесно — он вопросительно посмотрел на Ала.
— Хочешь, — почти шёпотом спросил тот, — не пойдём на бал? Хочешь, сходим к озеру или в Выручай-комнату?
Гарри удивлённо заглянул Альбусу в глаза. Зря он это сделал, зря. Утонуть в этих омутах оказалось легче лёгкого, а вот выбраться обратно… да ещё и этот сладковатый запах кожи, такой, что хотелось уткнуться носом в шею Ала и нюхать, нюхать… Интересно, сколько ароматических средств Дамблдор вылил на себя?
— Ты шутишь? — наконец, спросил он. — Ты для этого собирался несколько часов? А как же «ждал семь лет», «лучший день в Хогвартсе»?
— День может стать лучшим не только, если мы пойдём на бал, — тыльной стороной ладони проведя по щеке Поттера, промурлыкал Альбус. — Я могу взять бутылочку вина, и мы пойдём куда-нибудь…
Гарри хитро прищурился.
— То есть главное в лучшем дне — вино? — Альбус фыркнул и собирался что-то ответить, но Поттер твёрдо продолжил: — Ну уж нет. Бал так бал.
Ал пожал плечами. Пусть так. Впереди ещё были целый вечер, безумная ночь и долгая жизнь.
Большой зал встретил их ненавязчивой музыкой, сиянием свечей, множеством маленьких столиков с напитками и закусками и разноцветными полотнами с изображёнными на них гербами факультетов. Всё это бросалось в глаза первым делом. Только через минуту Поттер заметил сновавших по залу студентов, нет, уже выпускников и их бывших учителей. Не было больше между ними тех официальных отношений, что царили семь долгих, полных побед и поражений, новых открытий и впечатлений, лет. Было только дружелюбное общение давно знакомых людей — ни к чему не принуждающее и ничем не обязывающее.
