Поттер перевёл испуганный взгляд на чёрное одеяние, которое Альбус поднял повыше, чтобы он смог его рассмотреть, и замотал головой так сильно, что чуть не сломал шею. Фрак. Ужас какой. Непонятная штука, спереди слишком короткая, сзади — слишком длинная, неудобная и некрасивая. Бр-р.
— А что тогда? Пиджак? — бросив фрак на кровать, Ал выудил белый пиджак на трёх пуговицах с чёрными лацканами. — Только он белый. Придётся найти другую рубашку.
Дамблдор снова склонился над чемоданом, а шокированный Поттер, косясь, смотрел на него, будучи не в силах подобрать нужных слов.
«Красавцем будешь сегодня, Поттер, да ещё и косоглазым», — хихикнул внутренний голос.
— Альбус, — дар речи, наконец, вернулся к нему. — Я не буду надевать пиджак.
Дамблдор резко прекратил поиски и медленно поднял на Поттера взгляд.
— Я бы предложил тебе смокинг или сюртук, но я их с собой не брал, — Гарри фыркнул, нечаянно прервав Ала. — Что?
— Даже странно, что ты что-то не взял, — ухмыльнувшись, пояснил Поттер. — Такое ощущение, что у тебя там маленький магазин, где есть всё: от свитеров с оленями до нескольких видов пиджаков.
Альбус моргнул, явно не понимая, что в этом было такого смешного. Гарри вздохнул и замолчал.
— Так вот, — продолжил Дамблдор, всё ещё поглядывая на него, как на восьмое чудо света, которое только и делало, что чудило. — Если ты хочешь смокинг или сюртук, нужно срочной совой попросить Лера прислать то, что нужно, — подтянувшись к тумбочке, Ал достал кусочек пергамента, перо и чернильницу. — Что заказывать? — спросил он, приготовившись писать.
— Альбу-ус, — протянул Поттер. — Давай так. Я иду, но иду в том, в чём хочу.
— Но… — перо чиркнуло по бумаге, оставив кривую жирную линию. — Почему?
Первым оправданием, которое Поттер смог придумать, было: «Ты же длинный!». Тихо рассмеявшись, вслух он сказал:
— Твоя одежда будет мне слегка велика, не находишь?
— Её же можно уменьшить на размер, — искренне не понимая, в чём была проблема, ответил Ал.
— Ну, Ал! Ну я хочу пойти в своей одежде! Точнее, — Гарри задумался, прикусив губу, — я вообще не хочу идти, но я пойду, заметь, не по своему желанию, так что дай мне хотя бы одеться самому!
— Но идти без пиджака на бал неправильно! Таковы правила — либо мантия, либо костюм, — не унимался Дамблдор.
— Какие правила? — фыркнул Поттер. — Где они записаны? В кодексе маленьких чистокровных волшебников и ведьм?
Ал попытался состроить обиженное выражение лица, но губы его дрогнули, и он усмехнулся.
— Так, всё! — решительно поставил точку Гарри. — Либо иду так, как хочу, либо не иду совсем. Под «так, как хочу» подразумевается действительно так, как я захочу. Захочу — наряжусь чёртовым индейцем, захочу — пойду голым.
— Я бы посмотрел на это, — ухмыльнулся Альбус, прищурившись и как-то странно рассматривая его, словно мысленно уже избавлял от одежды.
— Но можешь быть спокоен, конкретно этого я не хочу, — вздёрнув бровь, предупредил Поттер.
Дамблдор сокрушённо вздохнул, сделав вид, что расстроился. Или он на самом деле расстроился? Уж больно правдоподобно это выглядело.
— Хотя бы рубашку надень, — тихо, грустно проговорил он, вырисовывая кончиками пальцев невидимые узоры на полу.
— Альбус!
— Раз уж я всё равно её достал…
— Ал, — нахмурился Поттер. Тот никак не отреагировал, уставившись в пол и делая вид самого несчастного человека в мире. — Ну, хорошо, — буркнул Гарри сквозь зубы.
Альбус вяло улыбнулся.
— А пиджак?..
— Нет! — твёрдо ответил Поттер.
— Ладно, — Дамблдор плавным слитным движением поднялся с пола. — Хотя бы что-то.
Аккуратно свернув пиджак, Альбус решил испытать судьбу ещё раз:
— Может, всё-таки…
Но Гарри уже соскочил с кровати и, бросив «я уже ушёл!», захлопнул за собой дверь ванной комнаты. Уже в душе он прислонился спиной к двери и расплылся в широкой улыбке. Ал был таким… Алом! Ярким, склонным к излишней театральности, чувственным и умело манипулировавшим людьми. Таким многосторонним, многогранным! Осознав, как глупо сейчас выглядел, Поттер усилием воли заставил себя прекратить улыбаться. Оттолкнувшись от двери, он направился к душевой кабинке.
До бала оставалась ещё пара часов, но лучше было, решил он, покончить со всем сразу, пока в спальню не забились остальные слизеринцы и не началась настоящая кутерьма. Страшно было подумать, что будет, если вместо одного озабоченного своим внешним видом парня будут четыре.
Погода стояла удушливая, такая, что жарко было даже в подземельях, а тяжёлый спёртый воздух мешал дышать полной грудью, так что холодная вода оказалась как никогда кстати, помогая сосредоточиться и сориентироваться в круговороте путавшихся мыслей.
Гарри надеялся, что бал закончится быстро и пройдёт тихо. Ну, или хотя бы, что ему удастся незаметно ускользнуть. Главное, чтобы Альбус не заметил.
