Протянув руку к коту, Гарри почесал его под подбородком, от чего тот довольно потянулся и зажмурил большие жёлтые глаза. Геллерт, вопреки ожиданиям Поттера, не отшатнулся от него, как от зачумлённого, а вполне терпеливо ждал, пока Гарри наиграется.
— Ты знаешь, — неожиданно вынес вердикт Гарри, мимолётно улыбнувшись, — он красивый и хорошенький. Алу понравится. И он будет счастлив.
— А тебе? Нравится? — склонившись над котом, Геллерт искоса глянул на Гарри.
— Да, конечно, — немного удивлённый таким вопросом, кивнул Поттер.
— Тогда дай ему имя. Ал будет в восторге.
Всё остальное по степени странности и неожиданности меркло перед хитрой и игривой улыбкой Гриндевальда, на миг осветившей его лицо. Гарри задумался. Ничего более-менее адекватного и приличного на ум не приходило. Ну вот, у Гриндевальда будет ещё один повод для насмешек.
— Эм-м… Как насчёт Альбус-младший? — иронично, больше для того, чтобы хоть что-то предложить, поинтересовался он.
Геллерт кривовато усмехнулся, но слегка покачал головой.
— Ладно. Может, Рэд?
— Я не знаю, что со мной творится, — после секундного молчания медленно и недоумённо проговорил Гриндевальд, — но мне нравится. Хотя это совершеннейшая безвкусица.
— Ну уж извини, — Гарри фыркнул и развернулся. — Выбирай тогда сам.
— Нет, если Алу не понравится, я скажу, что имя выбирал ты.
— Потрясающе.
Гарри ждал, что Геллерт скажет что-то ещё, но тот молчал. Решив, что больше ему задерживаться было ни к чему, Поттер направился обратно в прихожую, но едва он сделал пару шагов, Гриндевальд снова заговорил.
— Ты куда?
— На работу, — Поттер усмехнулся. — Пока Ал не проснулся, а то, знаешь, действительно ведь не уеду.
И пусть, что была суббота, и у него, в общем-то, был выходной. Он готов был торчать в кафе двадцать четыре часа в сутки и семь дней в неделю, только бы не было времени на обещанный Альбусом разговор. Только бы не было этого разговора.
— И не… — Геллерт осёкся и замолчал, но снова продолжил, приподняв уголок губ в некотором подобии дружелюбной улыбки: — Хорошего дня тогда, Гарри.
========== Глава 21. Целуй — пока твои губы ещё алые ==========
Sweet little words made for silence
Not talk.
Young heart for love
Not heartache
Dark hair for catching the wind
Not to veil the sight of a cold world.
Kiss while your lips are still red
While he’s still silent.
Rest while bosom is still untouched, unveiled.
Hold another hand while the hand’s still without a tool
Drown into eyes while they’re still blind
Love while the night still hides the withering dawn.
First day of love never comes back
A passionate hour’s never a wasted one.
The violin, the poet’s hand
Every thawing heart plays your theme with care.
Kiss while your lips are still red
While he’s still silent.
Rest while bosom is still untouched, unveiled.
Hold another hand while the hand’s still without a tool
Drown into eyes while they’re still blind
Love while the night still hides the withering dawn.
(Сладкие нежные слова созданы для молчанья,
Не для разговоров.
Юное сердце — для любви,
Не для разочарования.
Тёмные волосы — для игр с ветром,
Не для укрытия от чудес холодного мира.
Целуй — пока твои губы ещё алые,
Пока он ещё молчит.
Успокойся — грудь ещё нетронута.
Держись за руку, пока она ещё без оружия,
Утони в глазах, пока они ещё слепы,
Люби, пока ночь ещё скрывает рассвет.
Первый день любви никогда не вернётся к тебе,
А час страсти никогда не пройдёт зря.
Скрипка — рука поэта,
Бережно сыграет мелодию твоего любящего сердца.
Целуй — пока твои губы ещё алые,
Пока он ещё молчит.
Успокойся — грудь ещё нетронута.
Держись за руку, пока она ещё без оружия,
Утони в глазах, пока они ещё слепы,
Люби, пока ночь ещё скрывает рассвет.)
Nightwish — While your lips are still red
Альбус повалился на кровать, полностью погружаясь в темноту и тишину ночи. Матрас противно заскрипел, прогибаясь под тяжестью его тела, но он не обратил на звук никакого внимания.
Было жутко душно. А ещё скучно и беспокойно. Хотелось чем-нибудь заняться, так, чтобы погрузиться в дело с головой и не отвлекаться до тех пор, пока настойчивые солнечные лучи не станут пробиваться в окно и щекотать затылок, возвещая о начале нового дня. На примете даже было пара-тройка таких занятий: нужно было прочитать несколько книг, просмотреть прессу и корреспонденцию за последнюю неделю, да просто-напросто убраться в комнате! Нет, правда, вон те брюки определённо не должны были валяться на зеркале! А носкам точно не место было под тумбочкой, да и, по правде говоря, чашки тоже как-то подозрительно опасно балансировали на самом краю подоконника. Но отчего-то, то ли приманенная всем тем, что было нужно и хотелось сделать, то ли просто пришедшая сама по себе, Ала сковала какая-то дикая, безнадёжная лень, не позволявшая даже просто-напросто пошевелиться.
