Внезапно сработали Оповещающие чары: дверь слегка завибрировала и засветилась голубоватым светом. Кто-то пришёл. Профессор? Миссис Картер? Дверь распахнулась, и Поттер увидел стоящего на пороге парня, того, который приставал к Кейтлин, Алекса. Позади него маячили три парня, с которыми он час назад стоял в холле. Не спрашивая разрешения, он вошёл внутрь и, оставив свою свиту снаружи, захлопнул дверь. Гарри мысленно отметил, что Укрепляющие чары работают отлично. По-хозяйски осмотревшись, Алекс прошёлся по комнате, и Гарри был уверен, что он непременно ощупал бы каждую вещь, попавшую в поле его зрения, но за отсутствием таковых сделать этого не мог. Переставив стул таким образом, чтобы тот был прямо напротив Поттера, он сел на него. Алекс уставился на Гарри; Гарри же, не мигая, смотрел на него. Молча, они просидели так около пяти минут, по подсчётам Поттера. Наконец, Алекс прервал тишину:
— Я Алекс, но, я уверен, ты и так это знаешь, — начал он. Гарри пренебрежительно пожал плечами.
Алекс нахмурился.
— Я требую, чтобы ты отстал от Кейтлин, — вот оно, то, за чем он сюда и пришел. Гарри выгнул бровь в лучших традициях старины Снейпа. — И не делай вид, что не понимаешь, о чём я, — жёстко добавил он. — Кейтлин моя. Ещё раз увижу, что ты крутишься около, — тебе не поздоровится.
— И что же ты сделаешь? — невозмутимо поинтересовался Гарри.
Алекс наклонился к самому лицу Гарри.
— Видел тех парней? — прошептал он. — Нас четверо, ты — один. Чуешь разницу? Понимаешь, о чём я?
— Ну, до четырёх считать ты умеешь, признаю, — отозвался Поттер. «Ну зачем, — простонал внутренний голос, — зачем? Кто тебя постоянно за язык тянет?»
— Ладно, — Алекс откинулся на спинку стула, — если ты настолько туп, я поясню. Ещё раз подойдёшь к Кейтлин ближе, чем на десять шагов, — ты труп.
Лицо Гарри приняло безразличное выражение.
— Ты угрожаешь мне? — холодно осведомился он, прищурившись.
— Да! — выплюнул Алекс.
Он встал и даже поставил стул на место.
— Надеюсь, ты меня понял, — проговорил он.
Запустив руку в кудри, он откинул их назад и, всем своим видом показывая, что именно он тут альфа-самец, вышел из комнаты, не забыв, разумеется, хлопнуть напоследок дверью. Гарри всё так же прищурено смотрел на закрытую дверь, за которой только что исчез Алекс. Осознав это, он выключил внешность опасного типа и вернул глазам нормальную форму. «Отлично. Ещё и недели здесь не прожил, а уже враги появились», — подвёл итог Поттер. Внутренний голос захихикал.
Гарри просидел в комнате несколько часов, смотря в окно и наблюдая за жизнью вокруг: за птицами, играющими детьми и стаей собак, гоняющей кошек. Он уже начал дремать, когда снова сработали Оповещающие чары. Гарри понадеялся, что на этот раз это действительно был профессор. И не ошибся. Миссис Картер отворила дверь и сказала:
— Мистер Эванс, к вам пришли, — после чего ушла.
В комнату вошла женщина лет сорока, высокая и стройная, в идеально сидящей чёрной мантии и с убранными в затейливую причёску чёрными волосами. Гарри поспешно встал.
— Добрый день, мэм, — поздоровался он с женщиной.
— Вы мистер Эванс? — спросила она, кивнув.
— Да, мэм. Присаживайтесь, — он пододвинул к ней стул, на котором до этого сидел сам. Женщина села, сам Гарри пристроился на краешке кровати.
— Моё имя Аманда Линг, — представилась она. — Это я прислала вам ответное письмо. Я заместитель директора Хогвартса и по совместительству преподаватель Чар.
Гарри кивнул, давая понять, что принял эту информацию к сведению.
— Я бы хотела задать вам несколько вопросов, мистер Эванс, вы не возражаете? — спросила она. Гарри кивнул.
— Ваше полное имя?
— Гарри Джеймс Эванс.
— Итак, где вы обучались ранее?
— Я находился на домашнем обучении. Меня учил мой опекун, — такая уже привычная ложь.
— И где же сейчас ваш опекун? Как его зовут?
Как его зовут? Если бы он сам знал.
— Мистер Дурсль, — ну а что? Дядя Вернон ведь был его опекуном. — В меру моего совершеннолетия он больше не может меня обеспечивать. Скажем, его опекунство было не совсем добровольным, и он был рад наконец-то от меня избавиться.
— И что же, он не оставил вам никаких средств для дальнейшего существования?
— Нет, мэм. Мистер Дурсль был крайне скуп.
— Мистер Дурсль был волшебником? — спросила профессор.
Если он ответит «да», она спросит, почему он в таком случае не числился ни в одном из реестров Министерства Магии, если он ответит «нет», она спросит, как же он тогда обучал Гарри. Да уж, обложили, что называется, со всех сторон.
— Нет, профессор, он был сквибом, — нашёл выход Гарри.
— Как же он учил вас? — всплеснула руками профессор Линг.
— Он рассказывал, — начал выдумывать на ходу Гарри, — что Дурсль — не его настоящая фамилия, что он происходил из древнего чистокровного рода. В детстве его обучали магии, но у него ничего не получалось. Тогда его родители поняли, что он сквиб. Его вышвырнули на улицу, как собаку. Но то, чему его учили… он помнил всё это, только осуществить не мог.
Лгал, как дышал. Гарри и сам не верил в ту чушь, которую нёс, и профессор — он видел — тоже не верила.
