— Цезарь, идущие на смерть приветствуют тебя!
Лау криво усмехнулся и выпрямился:
— Мы рады вам, дорогие наши зрители!
Он покосился на прозрачное стекло перед ним, в котором бежали компьютерные строки, широко улыбнулся:
— Передо мной наш виртуальный счетчик! Я могу сказать только одно — и десять римских Колизеев не могли бы вместить всех наших зрителей! Я горд и счастлив, мои единомышленники!
Он потряс крепко сжатым кулаком над головой.
— А теперь…
Снова завыли варварские дудки под низкий и тревожный рокот барабанов.
Лау махнул рукой, призывая тишину.
— А теперь я прошу всех выслушать мои указания! В эфире программа «Не на жизнь, а на смерть!». Для тех, кто смотрит нас впервые! Предупреждаем — это жесткая, мужская передача. Слабонервным, беременным и детям смотреть категорически запрещено! Немедленно увести их от экранов или переключить на другой канал! — Он уставился тяжелым взором в камеру и процедил сквозь зубы: — И пеняйте потом на себя, а не на меня, я вас предупреждал! Итак, для тех, кто остался с нами, объясняю правила. У нас в студии два противника. Их взгляды противоположны. — Влад выдержал паузу. — Взгляды на что? — спросите вы. На все! Решительно на все! — отвечу я. Ни один из них не знает темы передачи, а точнее, поединка. И каждый из них до сей минуты терялся в догадках, кто же будет ему противостоять сегодня. — Он посмотрел вниз. Усмехнулся уголком рта. — А сейчас наверняка клянут себя за свое поспешное согласие. Но ничего не попишешь… — Он тряхнул головой в знаменитой бейсболке. — Вскоре я объявлю тему программы и задам противникам первые вопросы, втяну их в контакт. Моя задача — начать диалог.
Над ареной засветился огромный экран. На нем появились две фигуры. В белых туниках до середины бедер, на плечах скрепленный пряжкой красный плащ у одного, синий — у второго. Поножи сверкают бронзой, в левой руке — большой прямоугольный щит, в правой — прямой короткий меч — «гладиус». Черты лица одного из гладиаторов шаржированно повторяли Лешины, а второго — понятное дело — Духина.
Фигуры подняли мечи, грянули ими о щиты и медленно закружили друг против друга. На экране их не разделяла стеклянная стена.
— Все мы знаем, что меткое словцо, ирония, сарказм могут причинять раны не хуже боевого оружия. Моя цель — воплотить это расхожее и верное мнение в реальность.
Камеры нацелились на «бойцов».
— Сегодня, как и всегда, к поясу обоих участников поединка подвешены электрические разрядники. Это не шокеры, но! — Лау значительно покачал пальцем. — Уверяю вас, разряд может быть весьма и весьма чувствителен. Насколько, спросите вы? — Он задумчиво покачал головой. — Это, дорогие мои зрители, вы же и судьи поединка, решать вам, и только вам! Возьмите, пожалуйста, в руки трубки ваших телефонов, не важно, стационарных или мобильных. Посмотрите на них.
Клавиша с цифрой один означает бойца левой половины. Сегодня мы приветствуем на левой половине господина Александра Духина, известного врача-терапевта, заведующего отделением внутренних болезней больницы «Врата Надежды». Наше почтение!
Леша заставил себя повернуть голову. Саша улыбался и махал над головой руками.
— На щите или со щитом! — выкрикнул он своим красивым оперным баритоном.
В студии зазвучали аплодисменты.
Леша поморщился.
Камеры тотчас выхватили его выражение лица и швырнули крупным планом в эфир.
— Кнопка с цифрой три — код бойца правой половины. Сегодня гладиатор правой половины…
Лау посмотрел на Романова. Камеры уставились на Романова своими черными вампирскими зрачками. Весь мир смотрел на Романова. Смотрел и жаждал крови, мелькнула предательская мыслишка. Лешка мысленно прогнал ее пинком.
— Старший врач отделения анестезиологии крупнейшего частного медицинского центра страны, клиники «Парацельс Медицинский Центр», мы ее привычно и кратко зовем ПМЦ, единоличный хозяин и генеральный директор фирмы «Исцеление», одной из ведущих израильских фирм в сфере медицинского туризма… Алексей Романов!
— Или Цезарь, или ничего! — Леша подивился своему голосу — словно ворон прокаркал. Или это только так показалось?
— Итак, прежде чем начнется бой, — Лау кровожадно ухмыльнулся, — я хочу еще раз вернуться к правилам поединка.
К обоим участникам подскочили симпатичные девушки с застывшей улыбкой, кукольными глазами. Черные колготки выгодно подчеркивали длину стройных ног, на минимально допустимом уровне прикрытых полоской узкой юбки. В руках — бумажные папки.
— Primo, гладиаторы, вам надлежит подписать отказ от предъявления медицинских или иных судебных исков программе «Не на жизнь, а на смерть!», телевизионному каналу «Мы» и лично мне, белому и пушистому Владу Лау. — Влад перегнулся через трибуну к бойцам. — Можете, конечно, и не подписывать, — он презрительно сморщил нос, — ваше полное право. Я пойму, зрители поймут, но сегодняшняя наша программа на этом закончится, — сказал он, показывая всем своим видом, что простить такую трусость невозможно. — Правда, тогда непонятно, чего вы сюда пришли? И как будете потом смотреть людям в глаза?
Девушки протянули ручки. Лешка подписал не глядя. Духин тоже.
