– Счастливые вы, миновали вас времена тотального загона всех, кто старше 14 лет, в это идеологическое стадо. Только представьте – 28 миллионов комсомольцев! Тьма! Девяносто девять процентов этой тьмы никакие не комсомольцы, а просто парни и девушки, загнанные туда режимом под страхом преследования. Попробуй не вступи! Но один процент в стаде – это ого-го! Это верные прихлебатели и надсмотрщики. Присмотритесь к теперешней России – и вы увидите их везде и всюду, где власть, деньги, коррупция, разврат. Это всё тот самый один процент, сплочённый орден иезуитов, готовых предать и смять кого угодно ради успеха. Я их отлично повидал на Севере, когда обслуживал тамошние выборные кампании. Там меня чуть на тот свет и не спровадили, я вам рассказывал. Весь Тюменский Север был и до сих пор остаётся под бывшей комсомольской номенклатурой. А обслуживал я в качестве политтехнолога нефтяную компанию. У неё своё телевидение, газета, издательский комплекс. Богатые. Пиарил её кандидата. Команда большая и в общем-то достаточно умелая. Я создавал для неё идеологию и технологию. Захожу как-то в редакцию, в кабинет к главному редактору. А там у них семейный праздник. Поскольку я свой, зовут к столу. Сажусь, рюмку дёрнул. А они уже разгорячённые и все провалились в сладостные грёзы комсомольских воспоминаний. И начались их ритуальные песнопения. Репертуар стандартный до одури, я им «услаждал» свои уши по всей России: как где-нибудь их тусовка и я приглашён, вынужден слушать этот песенный набор. Особенно их умиляет песня «Как молоды мы были…». До слёз прошибает. Любят также песню «Ленин такой молодой и юный Октябрь впереди». И вот эту… где слова «не расстанусь с комсомолом, буду вечно молодым». Маразм, а для них – святое. Они и сейчас всё это поют 29 октября. Это у бывшей комсомольской номенклатуры ритуальный праздник, священные заклинания. И не тихие, а громкие, в огромных залах, с речами, воспоминаниям и концертами. Своя жизнь. И заметьте, какой парадокс: комсомол распущен, его в российской реальности нет с 1992 года, а он вот он – в празднике и песнопениях, на глазах у всех, как чирий на лбу! И по телевидению кажут. И слёзы на глазах у кого? У действующего мэра, у его замов и начальников почти всех отделов и служб. Вся верхушка плачет от умиления на глазах у десятков тысяч совершенно равнодушных к их воспоминаниям жителей Бурга. И так по всей России, по всем крупным городам. Водораздел: безразличная многомиллионная народная масса и несколько тысяч распевающих комсомольские гимны идеологических мошенников. Они же все теперь в церковных храмах истово крестятся!
Арбелин картинно показал, как, путаясь, часто неправильно кладут крестное знамение бывшие марксисты-ленинцы.
– Теперь понял, Денис, чем их фасцинировать в годовщину комсомола? Вылепи им Ленина, вышагивающего впереди комсомольского стада. Дальше. Любили они пионервожатых. А форма у пионервожатых – загляденье! Белоснежная кофточка, темносиняя или чёрная юбочка, алый галстук и алый комсомольский значок на упругом девичьем бюсте. Красивее, чем стюардессы Аэрофлота. Девочки все как на подбор, спортивные, энергичные, весёлые. Подбирали их, черти. Вот и вылепи им пионервожатых. Слёзы прольют от умиления. Из пионервожатых комсомольские вожаки себе любовниц рекрутировали, ублажались ими до одури.
– Неужели так и было? – в удивлении округлила зелёные глаза Альфа.
– Было, было. Из первых рук знаю, сами бывшие функционеры рассказывали… Но для нас главное – проверить на них действие айвеселина. Чебачка им не давай, не разжигай интерес, а запусти айвеселин, но без окситоцина, в еду и закуски, и пусть пляшут. Тем более они же алкоголя во всех видах налакаются, водку хлещут как ребятишки кока-колу. И пиво наверняка. Этого в дополнение к айвеселину будет с лихвой. Так что соглашайся, Денис, мы с Альфой благословляем тебя на сей подвиг во славу фасцинетики. А что получится, расскажешь.
– Значит, без окситоцина? – переспросил Денис.
– Без. Пусть пляшут. Секс они себе наверняка запланировали.
– А я? – спросила смущённо Альфа.
– А ты будешь дома или со мной. Тебе туда ну никак нельзя. Эти маразматики гиперсексуальны как альфа-самцы в стаде, ты возбудишь в них сладостные воспоминания об аппетитных пионервожатых. Да к тому же, ты ведь слышала – там мальчишник. Если и появятся женщины, то только шлюхи. Это у комсомольцев завсегда.
Заказ был скучный, но решение академии Денис исполнил в точности. Много чего навыдумывал. Но главным номером стал огромный торт. Пошёл Денис по стандартному пути, вспомнил футболистов. Вместо футбольного поля раскатал комсомольский значок, в центре поставил Ленина в кепке, а вокруг него пионервожатых с ритуальным пионерским жестом «Всегда готов!». Запекать торт снова пришлось на кондитерской фабрике. И опять кондитеры и директриса диву дивились. Альфа помогала лепить пионервожатых и поехала с Денисом посмотреть, что получится. И хлопала в ладоши от восхищения. Не торт, а произведение искусства! Хоть в музей ВЛКСМ.
