– Интернет – само собой. Тексты, которые Вам понадобятся, я дам… Дальше, надо подумать о Вашей экспериментаторской экипировке. Это сложновато, но я придумаю. У меня есть давний приятель, со школы ещё, доктор биохимии Дима Петров. Он подскажет. Биохимия наука потрясающая. Я достаточно далек от неё, но наблюдая за её открытиями, уверен, что ближайшие годы будут расцветом именно биохимии, молекулярной биологии и всего с ними связанного. Но поговорим об этом чуть позже. На сегодня хватит, поразмышляйте, прикиньте Ваши возможности. Вы ещё не женаты?
– Нет.
– Квартира есть? С кем живете? С родителями?
– Квартира двухкомнатная, хватает. Живу с бабушкой. Родители мои погибли в автомобильной аварии, когда мне было четырнадцать. Моя семья – это я и бабушка.
– Значит, пока свободен. И если надумаете, идите ко мне и будем создавать кулинарную фасцинетику с лейтмотивом «еда как вкусное лекарство».
Окрыленный Денис уходил от Арбелина с желанием переделать себя в повара-фасцинетика и с укрепившейся мыслью о мести Саньке Дубу с помощью фасцинации. Он торопился на своей «Окушке» в новую свою обитель с мыслью ещё раз погрузиться в сайт Арбелина.
Встреча с Альфой и Денисом оказались для Юлиана Арбелина неожиданностью долгожданной, о такой встрече он мечтал, но совершенно не надеялся, что это когда-нибудь произойдёт. Общения с новыми людьми хватало, приходили на консультирование, иногда случались беседы со специалистами, которым хотелось ознакомиться с его открытием, наведывались время от времени и дотошные журналисты, в большинстве своём невежественные и спесивые, но всё это было не то. И даже когда приходили те, кто вызывался сотрудничать на ниве развития фасцинетики, порывался в последователи-ученики, Арбелин очень скоро убеждался в их ничтожности, желании подзаработать, поживиться, а поскольку никакими финансовыми ресурсами для этого он не обладал, встречи эти заканчивались полным разочарованием с обеих сторон: Арбелин иронично усмехался, а кандидаты в последователи и адепты бесследно и навсегда исчезали. Один из таких ничтожеств особенно запомнился. Вы, говорит, сколько мне будете давать на бензин? А сам богатенький и ездит на внедорожнике.
У Арбелина был единственный ресурс, которым он владел надёжно и филигранно, ресурс необыкновенной мощи и продуктивности – его мозг. Но мозг этот никому не был нужен, в этом Арбелин давно убедился, и романтические мечты первых двух лет после создания фасцинетики постепенно угасли. Он без устали по десять-двенадцать часов ежедневно трудился, дел с развитием фасцинетики было непочатый край, его жизни, сколько бы она ещё ни продлилась, не хватит. Потому и мечтал о последователях, которым можно было бы передать эстафету.
Чёрт дёрнул послать проект в ФСБ! Думал откликнутся, завертится проект, появятся творческие люди. Спустя пару недель он остыл и уже клял себя за эту неуклюжую романтику.
И вот появились два молодых человека, в глазах которых он прочитал чистые чувства, увидел искорки энтузиазма и редкостной в людях захваченности, энергии любопытства, так ценимой Арбелиным. Разговор с ними был своеобразным тестом на определение их ума и способности понимания. Оба тест выдержали на «отлично».
