Чеченская делегация ставила перед собой следующие главные задачи: изменить "имидж" Чечни; заинтересовать международный бизнес и использованием нефтяного фактора, и выгодным местоположением Чечни для налаживания отношений; привлечь иностранные инвестиции; мобилизовать для этих целей исламский фактор.
Главные цели достигнуты не были. А. Масхадов допустил ошибку, приехав в Лондон до решения вопроса с британскими заложниками в Чечне, что продемонстрировало его неспособность контролировать ситуацию, тем более обуздать преступность и терроризм. Британская печать, по сути, проигнорировала визит. Делегации Чечни не удалось мобилизовать инвесторов, хотя и стала заметна узкая группа бизнесменов (среди них члены парламента), которые готовы присосаться к Чечне, независимо от обстановки там и судьбы британских заложников.
Вместе с тем образовались некоторые экономико-финансовые корешки в виде учреждения представительства в лондонском Сити ("Транскавказская энергетическая компания"), привлечение бизнесменов мусульманского вероисповедания через встречи с руководством исламской общины Великобритании и образования исламского совета Европы, к участию в котором будут приглашены мусульманские организации западноевропейских стран, а также Албании, Боснии, Турции, Азербайджана, стран Средней Азии и мусульманских республик Северного Кавказа.
Сам А. Масхадов своим поведением и демонстрацией чувства собственного достоинства подтвердил, что может произвести впечатление.
В 1998 - 1999 годах он попытался наладить нормальные отношения с Россией. Это стремление вызвало сначала недоумение, а потом осуждение его бывших соратников. К марту 1999 года Масхадов фактически оказался в политической изоляции, не имея возможности решить ни одной проблемы. Это было заметно.
После похищения генерала МВД Геннадия Шпигуна продемонстрировал полную неспособность владеть ситуацией. Тем не менее во время вывода российского представительства из Грозного сделал все возможное, чтобы исключить какие-либо провокации.
В Советской армии был награжден двумя орденами "За службу Родине".
Любимое блюдо - пельмени.
Жену зовут Кусама, по образованию она учитель, возглавляет благотворительный фонд "Маршо". Есть сын и дочь. Сын Анзор принимал участие в боевых действиях, женился в 17 лет, работает в администрации президента Ичкерии. 4 мая 1994 года родился внук, которого, по инициативе Кусамы, назвали Шамилем - в честь Шамиля Басаева, который, по словам Кусамы, был для неё "национальным героем" (видимо, благодаря участию в абхазо-грузинской войне - особенно широкую известность Басаев приобрел после Буденновска летом 1995 года), а затем внучка. Дочь Фатима.
Политические взгляды, позиция Аслан Масхадов, по словам его бывших однополчан, мало интересовался политикой, но негативно оценивал распад Советского Союза. "Был противником литовского национализма. О Дудаеве высказывался отрицательно, осуждал его сепаратизм".
Многие СМИ отмечали, что Масхадов известен и как организатор оборонительной войны, и как участник мирных переговоров. В отличие от Джохара Дудаева, он не сторонник войны "до последнего чеченца". По его мнению, все политические и военные вопросы "нужно решать спокойно, трезво, реально". Масхадов называл "глупостью" стремление российской и чеченской сторон рассматривать сложившуюся в Чечне ситуацию с точки зрения "победитель - побежденный". "Просто нужно признать, что эта война бессмысленна и победителей в ней нет и не может быть", - настаивал он.
В феврале 1995 года Аслан Масхадов от имени чеченского народа заявил о готовности объявить месть "всем, кто связан с МВД России, и дать команду не трогать солдат и военную технику" (сообщение агентства "Post Factum" от 22 февраля 1995 г.).
В начале августа 1995 года, комментируя итоги российско-чеченских переговоров, Масхадов признал, что в Чечне "есть группы, которые упрекают нашу делегацию на переговорах в Грозном в предательстве и подстрекательстве". В интервью ИТАР-ТАСС от 9 августа 1995 года он заявил, что намерен действовать независимо от позиции Джохара Дудаева и его сторонников. "Я на сто процентов уверен, что соглашение по блоку военных вопросов отвечает интересам и российской стороны, и, в первую очередь, чеченской стороны, потому что мы все убедились: победителей в этой войне не будет никогда".
В беседе с корреспондентом газеты "Московские новости" (1995. 17 сент.) Масхадов заметил: "Для нас мир среди чеченцев важнее, чем мир с Россией. Война чеченцев друг с другом, что ни говорите, навязана Москвой, и мы никогда не простим это".
