– Чем только не приходится заниматься, если хочется выжить, – философски пожал плечами Леблан. – Я тоже не контрразведчик, однако вынужден решать несвойственные мне задачи. О спасении человечества я никогда не мечтал. Но к делу, месье. Капитан нас поддерживает и со своей стороны обещает не допустить на борту никаких бунтов и инцидентов. Однако, чтобы ограничить подозреваемых в свободе действий, ему требуются доказательства вины подозреваемых, которых у нас пока нет. Наши убеждения и оценки «эола» не являются таковыми. Предлагаю следующую программу, первое: обыскать личные вещи участников экспедиции, которые и в самом деле не досматривались при их посадке на борт. Капитан подтверждает ваше предположение. Второе: наметить проверку систем корабля, которые могут быть подвержены наноатаке, и вовремя заменить их дублями. В первую очередь это, на мой взгляд, система связи и генераторы хода.
– Или защитный пояс.
– Возможно, и защита. Капитан уверял меня, что корабль нельзя взорвать изнутри, даже если пронести на борт бомбу и активировать её, системы безопасности и антивирусная база гарантированно не допустят этого. Но в своё время и Маккена не допускал мысли, что вирус может проникнуть на борт «Ра» и повредить компьютер. А такое произошло. Есть мысли по этому поводу?
Шапиро с удовольствием отпил колющего язык мятными иголочками напитка.
– Без прямого подключения к Платону я не смогу проанализировать уязвимые точки систем корабля. Он тоже не является экспертной системой типа «Умник», но тем не менее не уступает по мощности дивайсам спецслужб.
– Капитан обеспечит вам режим «один-на-один».
– Ладно, попробуем. Но как вы себе представляете обыск личных вещей подозреваемых?
– Надо их отвлечь.
– Вы усадите их в кают-компании смотреть порно?
Леблан рассмеялся.
– Вот я и поднял вам настроение. Нет, порно показывать не придётся, достаточно того, что Нтомба соберёт нас всех для очередного коллоквиума.
– Дальше что? Кто-то из нас полезет в каюту Бермана?
– Капитан даст форга, тот под видом уборщика спокойно осмотрит каюты.
– Но Платон не позволит копаться своим роботам в чужих вещах.
– Императив ВВУ подчиняет любую программу инка и позволяет во имя безопасности применять карт-бланш чрезвычайных полномочий. У нас как раз такой случай.
Шапиро расслабленно допил чай, мечтая поспать пару часов в тишине каюты, перехватил оценивающий взгляд француза и расправил плечи.
– Хорошо, я готов. Но мне нужен прямой доступ к Платону.
– Я уже обговорил с Буничем способ связи. Из каюты нельзя выйти на режим «один-на-один», вам придётся подняться в рубку.
– А если за нами следят?
– Вряд ли «вирусята» имеют на борту собственную систему видеонаблюдения, антивирусная сеть её бы уже вычислила, а штатный мониторинг в ведении Платона.
Люсьен включил видеопласт каюты, и оба какое-то время разглядывали ярчайшее облако звёзд в направлении на ядро Галактики. Их было столько, что звёзды сливались в сплошную стену огня, самыми яркими язычками которой были наиболее близкие светила: до ближайшей можно было долететь за четверть часа, не прибегая к режиму «суперструны».
Потом Шапиро сбросил охватившее его благоговейное оцепенение и встал.
– Разрешите приступить к выполнению плана, босс?
– Приступайте, – улыбнулся Леблан.
Работа с Платоном в режиме мысленного контакта не выявила слабых мест в защите «Непобедимого». Инк не обнаружил ни малейших угроз кораблю изнутри и не увидел опасности со стороны происходящих в ядре процессов – столкновений звёзд, вспышек сверхновых и прячущихся в темноте чёрных дыр. От всего этого крейсер, как считал Платон, был прекрасно защищён.
Правда, Шапиро определил некоторые узлы спейсера как потенциально уязвимые, однако инк упрямо отверг все его предположения, заявив, что не имеет оснований для тревоги.
«Непобедимый» выбрал очередную звезду для броска, сутки посылал к ней призывы принять делегацию землян, затем прыгнул – и снова оказался за пределами зоны радиусом в тридцать три световых года. Галактоиды продолжали отмахиваться от него как от назойливой мухи, не видя в горсточке контактеров достойного собеседника.
Нтомба снова собрал приунывших коллег в кают-компании, предлагая обсудить «новые идеи относительно привлечения внимания к экспедиции».
Шапиро перед совещанием позвонил Леблану, и француз коротко сообщил:
– Новостей пока нет.
Совещание длилось больше двух часов и закончилось ничем. Новых идей у ксенологов не было. Оставалось только ждать и надеяться, что обитатели ядра смилостивятся и пропустят-таки корабль к звёздам, объединённым Великим Кольцом, не желавшим, в отличие от описанного в романах древних фантастов[30], считать человечество разумной системой.
Том Чаун предложил вернуться домой.
Берман яростно защищал своё мнение – продолжать попытки пробиться к ядру.
Витухновский молчал.
