Когда вернулся на кухню, решил расспросить Марину, но увидел её печальные глаза, какие бывают у маленьких беззащитных животных, и слова застряли в горле. Да и вряд ли она могла что-то знать об этом.
После ужина ушёл в гостинную, прилёг на диване, ощущая свинцовую тяжесть во всем теле, но стоило закрыть глаза, как сон мгновенно испарился. Я сбросил плед, присел. Набрал код на коммуникаторе и на фоне танцующих в голубоватой дымке пылинок проектор высветил фотографии устройства, которое Ричард мастерил в подвале. Почему-то это беспокоило, рождая смутные подозрения. Надо отослать в лабораторию Лейна, узнать, что это такое. А что если я подставлю Ричарда? Я нахмурился. Вскочив, подошёл к окну, вглядываясь в полумрак, разгоняемый лишь светом неоновых реклам на крышах небоскрёбов делового центра. И почему, черт возьми, я решил, что это устройство как-то связано с катастрофой?
На следующее утро я прилетел на базу, чтобы выслушать предварительный отчёт о катастрофе. Приземлился на полосу рядом с высоким ангаром, напоминающего большую коробку из-под обуви. Медленно с тягучим скрежетом поднялись высокие ворота, и я очутился в просторном помещении, где с потолка струился ярко-белый свет, заливавший гигантский лайнер. Фюзеляж, крылья, шасси, гондолы двигателей — всё до самого крошечного фрагмента было собрано воедино, но не имело ничего общего с прекрасной стальной птицей, которая десять лет назад начала свой путь в небо. Перекрученные, искорёженные, покрытые сажей и грязными потёками, обломки держались вместе силовым полем, воссоздавая главного свидетеля трагедии. Видел подобные вещи не раз, но каждый раз это производило на меня жутковатое впечатление.
— Так, господа, слушаю вас, — произнёс я, заняв место во главе узкого, длинного стола, занимавшего центр ангара. — Хотелось бы услышать ваши отчёты к сегодняшнему моменту. Мистер Кейн, что можете рассказать по техническому состоянию лайнера?
Голографический проектор в мельчайших деталях высветил зеленоватыми светящимися линиями лайнер в проекции.
— Самолёт с заводским номером 78М398 был произведён в августе 2042 года, пять лет назад прошёл внеплановый ремонт, — проговорил Кейн, главный конструктор «Аэробусов».
— Ремонт? Зачем? — я бросил на него удивлённый взгляд.
— При взлёте самолёт задел днищем мачту освещения, повредив часть обшивки. Ремонт был произведён в точном соответствии с технической документацией. Мы провели экспертизу.
— Покажите отчёт о сканировании дефектного места.
Изображение лайнера повернулось днищем и ярко-красные линии «обвели» кусок выдранной обшивки.
— Так, а почему произошёл отказ третьего двигателя?
— Мы не смогли это выяснить. Экипаж пытался восстановить его работу. Но сделать ничего не смог.
— Понятно. Но насколько знаю, «Аэробус» может лететь и на оставшихся двигателях? Не так ли? — сказал я. — Ну давайте посмотрим теперь траекторию полёта перед катастрофой.
Появилось объёмное, невероятно реалистичное изображение белоснежного красавца-лайнера с красно-синими полосами по фюзеляжу, словно зависшего над взбитыми в густую пену облаками. Он вдруг покачнулся, вздрогнул, словно от удара, начал крениться. Всё сильнее и сильнее, будто невидимая рука схватила и потянула вниз левое крыло. Как пушинку закрутило массивную конструкцию в смертельном вальсе, увлекая к земле. Кувыркаясь, как кленовый лист, лайнер пошёл вниз, но у самой земли на доли секунды вышел в горизонтальный полет, чтобы окончательно уйти в пике.
Я бросил взгляд с Дэвида, силясь понять по его сосредоточенному виду, что его так беспокоит:
— Мистер Лейн, поскольку записи видеорегистратора лайнера оказались полностью уничтожены при пожаре, «Донгфлекс Электроникс» может предоставить нам медиа-записи, которые передавались с лайнера в вашу базу данных?
— Да, они переслали нам съёмку всего, что происходило в салоне, и кабине, — он запнулся, будто подбирал слова. — Правда, запись несколько раз во время полёта прерывалась.
— Прерывалась? Почему?
— Видимо, аппаратура отключалась, когда лайнер выходил из зоны видимости спутника, — предположил Дэвид.
Что-то ты темнишь, братец, — хотелось сказать мне. Компания «Донгфлекс» так гордилась системой спутников, запущенных специально, чтобы следить за полётами. И вдруг что-то не смогла записать?
— Ну, хорошо, посмотрим последние минуты.
Вспыхнуло изображение кабины. Мирно горели объёмные экраны на панели управления. Аллен Бриджес, командир экипажа, вёл переговоры с диспетчером аэропорта, готовясь к посадке. Симпатичный плечистый парень, рыжеватые по-мальчишески растрёпанные волосы, голубые ясные глаза. Справа сидел другой андроид, Стивен Нельсон: круглое веснушчатое лицо, худощавый. Лишь синяя вертикальная полоска у каждого на шее с буквенно-цифровым кодом — серийным номером, выдавала «искусственность». Никогда не мог понять, зачем андроидов делают такими похожими на людей и оставляют «метку».
