Я успела увидеть безумие, мелькнувшее в этот момент в его глазах. А потом тело пронзила невыносимая боль, заставившая меня заскулить и отпрянуть подальше волка. Ярость внутри стихла, сменившись презрением к себе самой, допустившей такой промах, и желанием поскорее зализать рану, чтобы избавиться от страшного жжения в лапе. Эта слабость волчицы позволила мне наконец пробиться сквозь толщу тумана и взять контроль над своим телом.
Я посмотрела на старика. Он стоял на том же месте, низко опустив голову и глядя на меня исподлобья. Пасть его была приоткрыта, он тяжело и хрипло дышал. В темноте было видно, как шерсть его затвердела во многих местах от потеков крови и кольями торчала в разные стороны. Теперь он действительно был похож на страшного монстра.
Вот только глаза, потеряв безумный волчий блеск, вновь стали человеческими и больными.
Волчица, не в силах больше терпеть, принялась зализывать рану. Её соперник, постояв ещё некоторое время, медленно, шатаясь, поплёлся в сторону леса.
Каким бы опасным он ни был, какую бы роль ни сыграл в моей жизни, сейчас мне было жаль его. И можно было бы винить во всём молодую волчицу, её звериный нрав и дикость, сбрасывая с себя всю ответственность, вот только волчица эта была частью меня. Моим внутренним демоном, не поддающимся контролю сознания.
Я только что пыталась разодрать на куски существо, которое пусть наполовину, но всё же является человеком. Я ничего о нём не знаю, кроме того, что он стар и, очевидно, болен.
Я хотела показать, на что способна. И кажется, поняла, что способна убивать. Кто я? Монстр? Чудовище?..
«Когда-нибудь ты тоже станешь такой, как я…»
Мне почудилось, что я вновь слышу тот хриплый смех.
«Скорее иди ко мне, — отчётливо прозвучал в голове встревоженный голос Мага. — Как можно скорее».
Направляемая голосом Силланта, хромая и теряя сознание от боли, я с трудом добралась до спасительного домика. Маг вышел мне навстречу. Я заметила его расплывчатую тень среди деревьев, когда думала, что вот-вот упаду: мрак всё чаще застилал глаза и рассеивался с неохотой.
Я знала, что нужно дойти. Где-то в самой глубине затуманенного сознания тревожно разгоралась мысль о том, что я не хочу умирать. Пока ещё я понимала, что от такой раны, как у меня, умереть сложно, но с каждым неловким шагом мне становилось всё тоскливее, и пугающая мысль о смерти звенела громче.
Тёмный силуэт Мага стал светом в конце окутанного мраком туннеля. Он прикоснулся ко мне, говоря что-то утешающее, а я заскулила. Не от боли, а от усталости и тоски, от жалости к самой себе.
«Жалкий щенок,» — прозвучало в голове.
Это сказал он, тот монстр в лесу. Его хриплый голос словно лезвием ножа полоснул по душе. Я вновь заскулила.
Густой лес давил со всех сторон, а пустое пространство перед домиком пугало. Но вот, наконец, открытая дверь, свет огня и тепло.
Я дома.
— Ложись, — сказал Маг. — Тебе надо отдохнуть, а мне разобраться с твоими ранами.
Помню тяжёлое покрывало на кровати. Помню, как неуклюже прыгнула и медленно улеглась на живот, стараясь не пережать горящую холодным огнём лапу. Голова опустилась на подушку, глаза закрылись, и комната закружилась.
Где-то рядом Силлант осматривал мою рану. Если он и прикасался к лапе, то я не чувствовала этого. Один раз он встал и ушёл, заставив меня встревоженно заскулить и открыть глаза, но скоро вернулся, укрыл тёплым одеялом и сказал:
— Нужно дождаться, когда ты превратишься в человека. Это будет правильнее. Пока отдыхай.
Его тёплая ладонь легла мне на голову, коснулась ушей, и всё ухнуло в темноту.
Я слышала голос, тихий, как ночь в лесу. Терпкий запах дикой малины пробивался сквозь пелену тревожного сна.
— Их так много. Слишком много. Ты забываешь… Забываешь себя самого. Эта тоска в твоих глазах?.. Давно ли? Давно ли она появилась?..
Голос Силла был глубоким, как океан.
— Ты же знаешь…
— Я знаю. Я слишком хорошо всё знаю.
— Ты всегда можешь остаться.
— Нет, это не так. Я всегда должна уходить. И сейчас… Обними меня, и я уйду.
Лёгкие шаги. Ярче аромат малины. Голос, тихий, как ночь в лесу.
— Спи, спи, девочка! Нужно спать. Без сновидений и без тревог.
Тёплое дуновение — и блаженная тишина вокруг и внутри. Самое прекрасное чувство за эти долгие часы ночи. Жаль, что всё это забудется, когда я очнусь.
Когда я очнулась, за окном было всё так же темно, а в домике всё так же тихо, тепло и уютно. Маг что-то готовил, стоя у стола. Мерно трещал огонь, а где-то в лесу совсем по-весеннему пела маленькая предрассветная птичка.
Я уже не была волком. Лежала в кровати под тёплым одеялом, укрытая до самой шеи, и чувствовала, как всё тело ноет от боли и слабости. Плечо левой руки было перебинтовано, но я её всё ещё не чувствовала, только рёбрами ощущала шершавую ткань и узел под мышкой.
— Проснулась? — спросил Силлант, не оборачиваясь.
— Сколько я спала?..
Из-за слабости говорить было трудно.
— Пару часов.
Маг подошёл, сел на стул рядом с кроватью и заглянул мне в глаза.
