Б у д а н ц е в. Что?! (С ожесточением плюет.) Тьфу! И вечно у этих девок первая любовь самая бестолковая. Себя до крайности измучает, того, кто любит, в ниточку совьет. (Открыв дверь.) Покличьте мне Дарью Грачеву. Или сбегайте за ней. (Увидев ее.) А-а, ты здесь? Ну-ка заходи, заходи! (Пропустив мимо себя Дашу, закрывает дверь.) Быстро собралась.
Д а ш а. Зачем понадобилась?
Б у д а н ц е в (помолчав). Хочу я тебе, Дарья Степановна, поручение небольшое дать. Пока будешь в городе место подыскивать, кое-что и для нас по дружбе сделай. Егор Трофимович, вот тебе бланк, напиши ей командировочное удостоверение дней этак на десять.
Ушаков пишет.
Держи, Дарья Степановна, пакеты. Строгие письма посылаем. Вручишь кому следует — требуй ответов, но не отписок, а нарядов. На запасные части, доильные аппараты, стекло. А главное вот что. Геннадий рассчитается на заводе, поедет с матерью, со всей своей оравой к нам. Ты ему помоги. Отнесись пообходительнее к ребятам. Прояви заботу. По-человечески, без задних мыслей. Ну, а там смотри: или останешься в городе, или приедешь, чтоб отчитаться, как сумела оправдать доверие. Договорились?
Д а ш а. Не знаю…
Б у д а н ц е в. Написал, Егор Трофимович?
У ш а к о в. Готово.
Б у д а н ц е в (подписывает, ставит печать). Получай, Дарья Степановна. И смотри — везде держи себя с достоинством. Как полагается уважаемой колхознице.
Входит В а л я.
В а л я. Лукерья говорит, что ты уезжаешь?
Б у д а н ц е в (Даше, не давая ей ответить). И ей помоги. Едет за внуком, Алешкой. Знаешь такого, видывала?
Д а ш а. Водилась.
Б у д а н ц е в. Ишь ты! (Пауза.) Ну ладно. (Вале.) Вместе съездите. (Ушакову.) Значит, трое пассажиров есть. Где же Елена Федоровна?
Д а ш а. И она едет?
Б у д а н ц е в. Четвертым пассажиром будет.
Д а ш а (Вале). Я ее дорогой придушу.
В а л я. Зачем ты едешь?
Д а ш а (тихо). А как забыть? (Заплакала.) Не любит он и не полюбит… Когда же моя настоящая жизнь начнется?.. Где искать?..
В а л я (обняла подругу). Будем рядышком — скоро найдем…
Входят Т и х о н о в и Л е н а.
У ш а к о в. Легки на помине! Остаетесь?
Л е н а. Оставляю его.
Б у д а н ц е в. Давно бы так!
У ш а к о в. Без ссоры, огорчений?
Л е н а. С надеждой на лучшее.
Б у д а н ц е в. Мы его долго не задержим. А квартиру вы себе требуйте. Не дадут — приезжайте к нам. Первый новый дом вам уступим.
Л е н а. Подумаю.
У ш а к о в. Не пожалеете.
Входит Л у ш а.
Л у ш а. Я готова. (Подает Буданцеву бумагу.) Геннадий просил отдать.
Б у д а н ц е в (мельком взглянув на лист). Где он?
Л у ш а. Сидит в машине.
У ш а к о в. Тоже колючий. (Уходит.)
Л у ш а. Кто едет — прошу.
Л е н а (подавая руку Буданцеву). Спасибо вам за все. От души говорю. Я виновата.
Б у д а н ц е в. Э-э, пустяки! Расстаемся-то друзьями.
Л е н а. Верю. А вы здоровье берегите, чтоб новоселье справить.
Б у д а н ц е в. Постараюсь.
Луша, Тихонов, Елена Федоровна уходят.
(Вале.) Долго не задерживайся. Алешку береги. Смотри.
Валя вышла.
Тебе все сказано. (Останавливая Дашин порыв.) Хватит мне всяких волнений. То-то… Иди и побыстрей кошек разгоняй.
Д а ш а. Каких?
Б у д а н ц е в. Что на душе скребут. И еще раз говорю, держись с достоинством, владей сердцем. Пора.
Даша выходит. За окном слышится сигнал «Победы». Буданцев осторожно садится, что-то ворчливо бормочет. Входит У ш а к о в.
У ш а к о в. Уехали. Шел бы ты прилег.
Б у д а н ц е в. Придумал! Скажи, чтоб запрягали лошадь. Поедем на поля. Через день-другой начнем жатву. (Пауза.) Правильно я действовал? Не допустил промашки?
У ш а к о в. Чем на прощание убил Дашу? Садится в машину — губу до крови закусила.
Б у д а н ц е в. Вьюшку последнюю приспосабливал. (Встает.) Помни: никто от настоящей жизни не убегал. И она не уйдет. Ну, что об этом… Хватили всякой мороки — и достаточно. Теперь внука буду поджидать. Я еще поживу, поживу. Исчезнет от нас Яков Наумыч — куда легче будет. Знал бы ты, Егор, до чего хочется посмотреть: а как будет в Заливине через пять — десять лет? Ведь не вспомните тогда Ивана Буданцева. Да и не диво. Недосуг и после не переведется.
У ш а к о в. Вспомним.
