– Спохватился! – заулыбалась я. – Шен, в империи есть такие таблеточки. Принимаешь одну – и месяц можно не волноваться о последствиях.
– Жаль, – он притянул меня поближе. – Хотя, однажды срок действия этой таблеточки закончится. Ты кого хочешь – мальчика или девочку?
– Тройню, – с деланым спокойствием ответила я. – И чтобы все темноволосые с фамильной горбинкой на носу.
– Не получится, – в тон откликнулся Шен. – У водников слишком сильные гены. Все трое получатся светленькие и голубоглазенькие, как тебе нравится.
Пришла моя очередь привстать.
– Ты мои слова где-то записывал?
– У меня хорошая память, – он потянулся к одежде, брошенной на кресле, и достал из кармана брюк вифон. – Ты что будешь на завтрак?.. Ого! Половина второго! Тогда на обед?
– Без разницы. А ты решил сегодня целый день бездельничать?
– По-твоему, повод недостаточный?
Шен уткнулся в вифон, просматривая сообщения.
– Семнадцать посланий от мамы, восемь от бабушки, пять от Нела, три от Мая, Элоя прислала сердечко… Даже от отца есть! «Иршен, нам надо поговорить». Обойдётся.
– Зачем ты нарочно злишь отца?
– Не нарочно.
– Он тебя любит, Шен. Вся семья тебя обожает.
Меня сгребли в охапку.
– Юли, я больше не подпущу к тебе бабушку. Она вредно на тебя влияет. Если я узнаю, что она рассказала тебе о моём детстве…
– О детстве, – я поцеловала ямочку между ключицами. – О первой неудачной влюблённости, – второй поцелуй в уголок сжатых губ. – О…
Его поцелуй был нежным и чувственным. Битвы остались в прошлом.
– Я поговорю с отцом, Юли. Возможно, после этого разговора мы рассоримся окончательно, потому что мне наконец-то стало ясно, чего я хочу. Хочу прожить вместе с тобой всю жизнь, каждое утро просыпаться рядом, как сегодня, и каждую ночь выяснять, кто из нас ведёт в постели. Если для этого нужен официальный брак – я готов прямо сейчас отправиться в храм. Если ради этого мне придётся покинуть остров – «Путеводная звезда» отчалит этим же вечером. Моей семье придётся принять тебя или потерять меня и в любом случае смириться.
«Ты требовала, чтобы он повзрослел? – гаденько шепнул мне внутренний голос. – Поздравляю! Давай, после этого признания скажи ему, что знала, кого купила на рынке. Что это по приказу твоего родного дяди его морили голодом и избивали, дабы вызвать благодарность к избавительнице от страданий. Ну же, Юлика! Открой рот и начни с главного: Шен, я мерзкая обманщица…»
– Шен, я…
В дверь настойчиво постучали. Шен чертыхнулся и сходил за халатом, я предпочла подхватить с кресла одежду и укрыться в ванной.
– Лоу, простите, что нарушаю…
– Нел, короче!
– Ваша матушка сильно волнуется. Слугам вы велели вас не беспокоить, на сообщения не отвечаете.
– Угу. Хрупкая девушка меня зарезала, освежевала и съела. Узнаю маму. Можешь ей передать, что я жив, здоров и прекрасно себя чувствую. Что-то ещё?
– Лоу Ильва просит вас о встрече.
– Нет.
– Простите, лоу, – она очень просит. Практически умоляет. Она жена вашего брата, будущая княгиня.
– Хоть настоящая. Нел, я же её придушу!
– Если вы опасаетесь за себя – возьмите с собой льену Юлику.
– С этой ночи – лоу Юлику, Нел. И ты думаешь, это хорошая мысль – привести Юли к той, которая распорядилась её убить?
– Лоу Юлика разумная девушка. И ей так или иначе придётся познакомиться с лоу Ильвой. Лучше сделать это сейчас, когда лоу Ильва раскаивается и испытывает вину.
– Какие все вокруг умные… Хорошо, Нел, скажи Ильве, что я приду. Только сначала поем!
– Приятного аппетита, лоу.
Я поспешила в душ. Размотала повязки и поразилась тому, что порезы практически затянулись. Через минуту в ванной появился Шен, скинул халат и присоединился ко мне. Подставил голову под струи, мокрые волосы облепили плечи и спину.
– Подслушивала?
– Разумеется. Шен, а этой воде ты тоже можешь приказывать?
Он хмыкнул. Возникло знакомое сияние, потоки воды обогнули нас и заключили в струящийся кокон.
– Вода везде вода. Что ты делаешь?..
– Намыливаю тебя мочалкой.
– Теперь это называется так? Юли, я очень быстро возбуждаюсь.
– Вижу. Твои любовницы никогда не говорили тебе, что ты слишком много болтаешь, вместо того чтобы заниматься делом?
Шен подхватил меня под ноги, я обвила его руками. Свечение утихло, вода потекла нормально.
– Никаких любовниц. Я принадлежу тебе.
Прошедшая ночь не сказалась на его состоятельности. Пожалуй, про неделю он не шутил. Неутомимый и ненасытный. И сильный – настолько сильный, что я чувствовала себя в его руках пушинкой. Кончая, он выдохнул моё имя. А я – я поняла, что мне тоже всё равно где быть, лишь бы с ним. Острова, империя, дарленские степи, южные пустыни… Только он меня не простит. Основная черта характера Шена – гордость.
Если бы можно было всё вернуть!
– Юли? Что с тобой? Не хочешь идти к Ильве?
– Опасаюсь, – ухватилась за соломинку.
– Она ничего тебе больше не сделает, – Шен опять поцеловал меня. – Ты же со мной. И против отца Ильва не посмеет замышлять.
В комнате он открыл шкаф и задумчиво окинул взглядом ровную шеренгу нарядов – в основном светло-серых или бледно-бежевых.
– Ты будешь смеяться, а мне понравилась имперская одежда. Простая, удобная.
