Пассивная адаптация охотников-мбути к природе говорит о том, что в этом случае окружающая среда является детерминирующим фактором, тогда как при более высоком уровне техники — просто влиятельным фактором. При существующем у охотников уровне развития техники они вынуждены жить небольшими группами и вести кочевой образ жизни, не оседая на одном месте дольше, чем на месяц. Это, конечно, во многом определяло и общественную систему, которую можно сравнить, пожалуй, с системой охотников-бушменов, тоже пассивно адаптировавшихся к природе, хотя и в совершенно иной окружающей среде.
Топография также во многом определяет существующие в лесах политические системы. Там, где коммуникации затруднены, имеются мелкие общественные организации, а политическое укрупнение достигается не централизацией, а федерацией. Крупные королевства и империи возникали только на Гвинейском побережье в лесах Западной Африки и на южных окраинах зоны леса. Однако даже самые крупные государства неизменно признавали (хотя бы в форме отдельных ритуальных актов) могущество леса, населяющих его духов и с любопытством и уважением относились к продолжавшим жить в чаще малорослым, стеснительным и добрым его обитателям.
Человек живет в лесных районах Центральной и Западной Африки по крайней мере 50 тысяч лет, но до сих пор археологи мало интересовались его историей. Человек каменного века занимался охотой и собирательством, и, как видно по пигмеям, этим можно заниматься в лесу так же успешно, как и в саванне.
В среднем каменном веке в лесных районах появлялись каменные орудия, выполнявшие те же функции, что и современные орудия для обработки дерева, — тесло, долото, зубило, рубанок, скребки, а также топоры, лезвия ножей и метательные острия. Они известны как культура лупсмбе. В позднем каменном веке в Конго люди, принадлежавшие к культуре, определяемой как «неолитическая фация», вероятно, еще за 4000 лет до н. э. пользовались каменными мотыгами для обработки земли под местные африканские растения, и найденные такого рода каменные мотыги в Гане, возможно, относятся к крайне западному ответвлению мотыжной вегекультуры, возникшей в это время в Конго. В Западной Африке земледелие зародилось тоже примерно за 4000 лет до н. э. в саваннах к северу от леса, и лишь в первых веках до нашей эры оно проникло в лес.
Вопрос о зарождении земледелия не прост, и неверно представлять себе дело так, будто оно появилось в одном пункте, а затем начало распространяться на другие районы. Оно возникало независимо в нескольких, даже во многих районах, при различном техническом уровне, в разных формах и на основе разных культур, но обмен опытом шел во всех направлениях. Однако только в первые века нашей эры, когда были завезены азиатские продовольственные культуры, отвечавшие условиям лесной среды, в лесу начался демографический взрыв, вызвавший миграцию бантуязычных народов к южной половине континента. Они владели искусством изготовления железных копий, ножей и мотыг, что помогло им получить техническое превосходство над пользовавшимися каменными орудиями племенами, которые, однако, продолжали еще долгие века жить в этом районе сравнительно спокойно.
Нелегко проследить преемственность между древними обитателями леса и теми, кто живет в нем сейчас. Нет никаких наглядных свидетельств связи между пигмеями и древними лесными охотничьими культурами, хотя пигмеи, вероятно, всегда жили в лесу и такая связь должна существовать. Даже изучая жизнь людей железного века, мы не можем с уверенностью установить такие связи, несмотря на то что иной раз и заметна удивительная преемственность в материальной культуре или форме искусства. Примером может служить находка кучи погребальных предметов вместе с черепом в пещере близ реки Бушимае, в районе Бакванги в провинции Восточное Касаи (Заир). Один из найденных горшков, сделанный в виде женщины, держащей в руках чашу, до мельчайших деталей похож на резьбу по дереву народа луба в Катанге[21], хотя современным луба неизвестен этот тип керамики. Возможно, это захоронение одного из древних земледельцев луба, живших здесь до основания первой империи луба[22] в начале XVI в.
Интересна история сельскохозяйственных культур, выращиваемых в лесистых районах Центральной и Западной Африки. Культура корнеплодов, вероятно, выросла естественно из собирательства охотников каменного века, поэтому трудно определить дату ее появления. Обнаружение археологами палок-копалок с грузилом или мотыг не обязательно свидетельствует о том, что употреблявшие их люди жили за счет земледелия. Может быть, они пользовались ими для собирания диких растений. Вероятно, охотники тоже в какой-то мере занимались вегекультурой, ибо для того чтобы выжить, им приходилось делать запасы. Даже сейчас, пользуясь всего лишь палкой-копалкой, охотники сажают или пересаживают растения, чтобы обеспечить себе пропитание. Вегекультура в более широких масштабах, возможно, зародилась в Конго еще за 4000 лет до н. э.
