Человек в космосе полностью

Мы годами пытаемся вернуть космические аппараты на Европу, ведь последняя подобная миссия, «Галилей», завершилась еще в 2001 году, но все безуспешно. Недавно, впрочем, шестеренки все же закрутились – я говорю о проекте Europa Clipper – и благодарить за это надо джентльмена по имени Джон Калберсон. Он, республиканец, член Движения чаепития (Tea Party) родом из Техаса. На первый взгляд не кажется, что такой человек поддержит миссию к Европе, но Калберсон – ярый фанат науки. Его чрезвычайно занимает астрономия, особенно загадки Европы. В Палате представителей Калберсон возглавляет подкомитет, принимающий решения о финансировании, и хотя администрация Обамы не хотела так скоро устраивать новый полет к Европе, каждый год Калберсон выделял деньги и говорил: «Сделайте это».

Миссия Europa Clipper сейчас в стадии подготовки. Отобрано множество научных инструментов, работающих на различных длинах волн, для изучения магнитосферы, облаков, поверхности, измерения гравитации глубоко внутри спутника; созданы радары, способные заглянуть под лед. Это будет очень обстоятельная миссия. Проект разрабатывается с надеждой на запуск в 2022 году – может показаться, что это слишком долго, но для такой миссии сроки очень сжатые.

Не так давно наш друг Джон Калберсон предложил добавить к миссии посадочный модуль. Он считает, что мы не можем просто полететь туда и поизучать занятную геофизику Европы, но что мы должны найти там органическую жизнь. Так что он очень горит этой идеей, и со временем мы загорелись тоже. Если все получится, то это будет отдельная миссия, и запущена она будет тоже позже. Спикер Палаты представителей говорил о 2024 годе – это нам даже на руку, так как у первого (орбитального) аппарата будет время понаблюдать, прежде чем мы предпримем попытку сесть на поверхность. Нужно рассмотреть предполагаемое место посадки вплоть до метра, чтобы точно знать, где садиться безопасно. Лед и активные процессы, происходящие на Европе, могут привести к весьма жесткому приземлению. Одна из главных задач аппарата Europa Clipper – понять, что происходит на поверхности, прежде чем туда прилетит посадочный модуль. Вне зависимости от того, обнаружим мы жизнь на Европе или нет, мы все равно узнаем много интересного, прямо как в проекте «Викинг».

Я хочу задать вам вопрос. Не Европе есть огромный океан соленой воды. В два-три раза больше воды, чем на Земле. Как вы думаете, справедливо ли утверждение «больше воды – больше жизни»? Что ж, давайте взглянем на нашу родную планету и подумаем. Здесь мы имели возможность изучить, например, глубоководные осадки. Жизнь формируется в океане и оседает на дно, и мы можем точно сказать, что в осадках у побережья в тысячу раз больше организмов, чем на глубине. Больше воды не означает больше жизни, потому что необходимы также питательные элементы.

Большинство океанической жизни также живет рядом с поверхностью и потребляет энергию солнечного света. Океан на Европе покрыт километрами льда. Лучшим земным аналогом были бы, пожалуй, озера в Антарктике, также скрытые под очень толстым льдом. Лед над этими озерами бурили и узнали, что в них действительно есть жизнь. Это хорошие новости. Жизнь в антарктических озерах – хемосинтетическая. Она зависит от химических элементов, а не от солнечного света – очень похоже на то, что могло бы происходить на Европе. Но это очень скудная жизнь с небольшим количеством органического материала – в десять раз меньше, чем даже на дне глубокого океана.

На Марсе недостаточно воды, так что организмы, если они вообще есть, весьма немногочисленны. Скорее всего, они находятся в изолированных карманах глубоко в коре планеты. Жизнь на Европе, если она вообще есть, тоже, вероятно, скудна, потому что там недостает питательных веществ и энергии. Науке неважно, насколько многочисленна жизнь. Если она есть, мы ее найдем и изучим и тем самым внесем значительный вклад в наше понимание мира, экзопланет и прочего. Но иногда я думаю о том, что главный вывод, который мы можем сделать из всего сказанного – это мысль о том, насколько уникальна наша планета. Единственная известная нам планета с многообразной и многочисленной жизнью.