Заснеженный проселок выходил сразу на шоссе. По пути никаких следов колес, которые бы говорили, что машина свернула к лесу. Зато свежий, еще не заметенный след колес грузовика четко показывал, что последняя машина повернула на шоссе направо. Вообще-то, судя по следам, машины тут проезжают довольно редко, обычно они к станции приходят со стороны Клинцов. Странно, что машина свернула не в сторону Гомеля, где в большом городе легче затеряться, а в сторону Суража.
— Давай, гони, старшина! — крикнул Сосновский в кабину, и машина полетела по пустынному шоссе.
Встречных машин почти не было. За двадцать минут езды встретилась только одна легковушка и два грузовика. Все встречные, и ни одной попутной машины. На развилке вдруг обнаружился армейский пост. И когда ЗИС приблизился, оперативники увидели, что это военная автоинспекция. То, что нужно.
Инспектор поднял жезл и вышел на дорогу, останавливая машину. Буторин быстро выпрыгнул из кузова и, доставая удостоверение из кармана, спросил немолодого старшего лейтенанта:
— Вы здесь давно?
— Так точно, товарищ майор госбезопасности! — вскинув руку к шапке, ответил офицер и добавил: — Можете продолжать движение.
— Да подождите вы! Нам нужна машина, грузовик. Номер «ВЛ 810». Проезжала такая?
— Никак нет, товарищ майор, с таким номером не проезжала, — уверенно ответил автоинспектор.
— Ну, тогда слушайте приказ: под любым предлогом задержать машину с этими номерами. Учтите, что люди, в ней находящиеся, могут оказать вооруженное сопротивление.
Буторин подбежал к машине и крикнул: «Разворачивайся!»
На всем протяжении шоссе от поворота на станции до поста военной автоинспекции пересечений с грунтовой дорогой было три. И только на втором видны были свежие следы колес. Приказав старшине с водителем оставаться на дороге, оперативники с саперами побежали к лесу. Дорога уходила вправо, а потом резко сворачивала влево, за лесной мысок. И тут же обнаружился задний борт полуторки и белые, немного стертые буквы «ВЛ 810».
— Вот она, родимая! — крикнул Сосновский и вытащил на всякий случай из кобуры пистолет.
Саперы, держа наготове автоматы, обошли машину со всех сторон, собака вела себя спокойно, только усиленно тянула носом воздух. Капитан внимательно осмотрел машину снаружи и только потом рискнул открыть дверь. В кабине было пусто, в кузове тоже. Только немного старой соломы, буксирный трос, старый скат и кусок брезента.
— Пусто, — подвел итог Сосновский, пряча пистолет.
— Я боялся, что мы тело водителя найдем, — покачал головой Буторин. — А так получается, что они в сговоре, значит, машина, скорее всего, угнана, а водитель был помощником Гусева.
Сосновский вместе с саперами осматривались по сторонам. По этой грунтовой дороге ездили часто. И на машинах, и на санях с телегами. Дорога вела напрямик в Сураж, и этим поворотом активно пользовались местные — сокращение пути чуть ли не на полсотни километров.
— Миша, — вдруг позвал Буторин и показал куда-то в сторону деревьев. — Посмотри-ка, что это там.
Сосновский не понял, куда показывал Буторин, но, встав на колесо машины и ухватившись за борт кузова, увидел, что в лесу топорщатся корни сваленного ветром или просто подгнившего дерева. Вместе с капитаном и одним из его саперов прошли в лес, отметив, что здесь тоже были человеческие следы. Сюда могли заходить люди по нужде, если давно ехали и долго терпели, но признаков этого что-то не было видно. А вот под корнями поваленного дерева кто-то руками или ногами намел снег. Саперы осторожно разгребли его и вытянули наружу свернутую офицерскую портупею вместе с пустой кобурой.
— Посмотрите еще, — подсказал Сосновский. — Там должны быть и погоны.
Он оказался прав. Сапер вытащил и отряхнул от снега узкие медицинские погоны с двумя просветами, тремя большими звездочками и медицинской эмблемой.
— Что и требовалось доказать, — сказал Буторин, глядя на находку. — Опять предстоит искать человека в армейской шинели без погон. — Капитан, ваша собака след сможет взять или она обучена только искать взрывчатку?
— Капустин, сможешь? — спросил капитан проводника-ефрейтора в лихо сбитой набок ушанке.
— Так делали уже, — уверенно ответил ефрейтор. — Помните, в ноябре?
Сапер присел рядом с собакой, потрепал ее по холке и сказал: «Давай, Акбар, ты же умеешь. Покажи себя!»
Собака долго обнюхивала ремни и погоны, а потом, уткнувшись носом в снег, пошла по кругу и вскоре потянула к дороге. Все дружно побежали за ней. Одного сапера капитан оставил охранять найденную машину. След недолго вел по дороге, а потом быстро свернул в лес. То сворачивая к дороге, то снова уводя в лес, он вел в сторону городка Сураж.
Оперативники вместе с саперами отмахали уже около пяти километров, когда за лесом показались наконец крайние дома города. Высокий берег уходил вправо, а за ним, за мостом, высились разбитые и закопченные корпуса какого-то предприятия.
— Хорошо шли, — сплюнул капитан. — В городе след потеряем. Там нам собака не поможет.
