Все то, о чем тогда писал Тоффлер, оказывается возможным. Сегодня вполне можно говорить о перспективах «нового человека», неочеловека, который превратится в неживую материю с вкраплениями «живого». Дальнейший прогресс нейромедицины и нейробиологии может привести к тому, что доля «белковой части» в общей массе организма будет снижаться, «свои» органы будут заменяться синтетическими. Мешающий такой замене иммунитет, который на бессознательном уровне выполняет роль само-аутентификации организма, может быть ослаблен искусственным образом. Для устранения побочных эффектов, неизбежных при таком ослаблении организма, могут быть призваны также искусственные средства. В итоге целостность организма резко уменьшится, но там и сям по всему организму будут орудовать подчиненные облаку микро или даже нано-агенты, поддерживающие те или иные функции.
Понятие «жизнь» в применении к этим функциям следует применять с осторожностью, ибо функционально обусловленный организм будет представлять из себя систему, находящуюся под жестким контролем, где «живая часть» будет играть все меньшую роль. Более того, наступит момент, когда она сможет существовать лишь в подчинении «неживой», алгоритмической части, которая будет находиться под внешним контролем, через облако. Большая часть человечества, таким образом, превратится в облачных неолюдей, которых на уровне сознания будет мало что связывать с тем видом
Для «человека разумного» автономный разум — непременное условие существования и развития, а для облачного неочеловека разум будет алгоритмом, любые отклонения от которого будут рассматриваться как болезнь, подлежащую лечению. В сущности, такой человек и будет «философским зомби», о котором писал канадский философ сознания Дэвид Чалмерс. О том, что произойдет в этой связи с сознанием и такой концепцией как «свобода воли», пойдет речь ниже.
Вообще, как будет протекать переход от
Один вопрос состоит в том, кто или что будет принимать подобные важнейшие решения. Будет ли это небольшая группа нынешней элиты или новый класс, который можно условно назвать «необогами» — в духе книги израильского философа Юваля Харари Homo Deus, где речь идет о людях ближайшего будущего, которые будут обладать невиданным ранее могуществом? Чем тогда «необоги» будут отличаться от «неолюдей», или «нового человека»? Может, это будут две разные расы или даже два разных вида? Виновата ли в их появлении эволюция или речь идет, как пишет тот же Харари, об автоэволюции, то есть о том, что человек, наконец, взял дело преобразования своей биологической и антропологической сущности в свои руки? А может быть, есть какой-то новый подход, который позволит посмотреть на всё это под совершенно другим углом?
Каждый из этих вопросов рождает другие. На некоторые из них я попробую дать ответ в этой книге.
Как правильно определить новые антропологические сущности — такие как «неолюди» и «необоги»? Будет ли преобразование «человека разумного» в эти новые сущности происходить скачком, или неизбежны переходные состояния? Как можно определить эти состояния?
Вполне возможно, особого внутривидового разнообразия «хозяевам алгоритма» — если они есть — и не понадобится. Тогда неолюди будут создаваться по ограниченному числу шаблонов, предназначенных для выполнения того или иного функционала. Если произойдет постэволюционный скачок, трудно будет назвать его результат «новым видом человека», ибо это явно не будет уже человек, и даже не будет уже живое существо.
Впрочем, и здесь технократы могут увидеть — уже увидели — выход в переопределении понятий «живое» и «человек разумный». На слово «разумный» сейчас ведется серьезная атака, и неспроста.
Неочеловек отдаст в обмен на бессмертие или даже обещание бессмертия все, что в нем остается нематериального, откажется от «неоцифруемого», «непостижимого», то есть от недоступной для сохранения, «улучшения» и изменений «души». При этом предполагается, что качественные и количественные характеристики неолюдей, их способности, будут сильно зависеть от их принадлежности к определенному экономическому и политическому классу, вплоть до генетической передачи определенных свойств представителям тех или иных классов. В дальнейшем мы рассмотрим, возможно ли в реальности произвести такое разделение видов.
