— Это моя родина. Видиш-шь, как она непохожа на твою? — произнёс вкрадчивый свистящий шёпот, исходящий сразу отовсюду. — Этот камень пришёл вмес-сте со мной, Он не был рождён в вашем мире и обладает с-силой, вам неведомой… Невечные не с-сумеют пробудить её, но я — с-сумею… Эта сила может дать тебе вс-сё, что пожелаешь… Она поможет тебе вер-рнуть утраченное…
Бешеный порыв ветра сбил его с ног, но уже падая, Скай почувствовал знакомый запах. Тот запах, который окружает тебя всегда, так что в конце концов его и замечать перестаёшь, пока не вернёшься из чужих мест. Рыба, водоросли, ветер с моря…
Скай вскочил, путаясь в ногах. Море и правда было перед ним, гладкое, сверкающее на солнце, как начищенное серебряное блюдо. И город был на месте, и зал свитков, и причал, и лодочный сарай. Седобородый старик вместе с маленьким парнишкой спускал на воду лодку. Это был Вийниров дед. Скай и сам не раз ходил с ним рыбачить вместо того, чтобы упражняться в верховой езде. Отец поначалу сердился на него за это, но потом перестал… смирился, наверное, что младший сын ни на что не годен…
Но где же змей? Где лес? Где Колдун?
А может, с отчаянной надеждой подумал Скай, ничего и не было? Я просто заснул на солнцепёке, в том овражке за стеной, вот мне и снились всякие глупости. Колдун со своим вороном, оживающие деревья, змеи говорящие — ровно что в тех небылицах, которые Нэи любит рассказывать…
Это была, конечно, трусливая мысль.
— Вот ты где, сынок.
Он замер, застыл, даже дышать перестал. Ноги словно в землю вросли, и сердце забилось со страшным усилием. Да я всё ещё не проснулся, подумал он беспомощно. Я или сплю, или… просто ошибся. Я мог ошибиться, много зим ведь прошло.
— И не делай вид, будто не слышишь меня! Близнецы уже давно вернулись, а ты что, опять прячешься? Из-за чего вы на этот раз повздорили?
Скай не выдержал и обернулся, и ему показалось, будто что-то ударило его в грудь. Перед ним стояла невысокая женщина, очень красивая. В руках у неё была корзина, полная трепыхающейся рыбы, выбивающиеся из-под головного платка пряди золотились на солнце.
И она улыбалась.
— Матушка?
Скай бросился вперёд и тут же почувствовал, как что-то мягко задерживает его.
— Она вернётс-ся, — ласково прошелестел голос у него в ушах. — И больше никуда не исчез-знет… Я верну твоих братьев… всех твоих родичей… Я верну в Ваар мир-р…
Что-то тянуло его прочь, небо лопалось, как мыльная пена, и мать, не переставая улыбаться, делалась всё дальше и дальше. Скай сопротивлялся, вопил, рыдал, рычал от бессилия, протягивая к ней руки. Руки в глубоких укусах, покрытые зелёными пятнами от целебных листьев.
Целебные листья… кусачая пушистая крыса… а Колдун, подлец, смеётся, нет чтобы помочь…
Руки опустились сами собой. Это был не сон, подумал Скай и заставил себя закрыть глаза. Я не сплю. Я в Великом лесу. Я правда пошёл с безумным Колдуном в безумное путешествие. Хермонд правда хочет избавиться от меня. Отец правда ушёл на войну. Матушка…
Камень был такой горячий, что делалось больно. А туман под ногами, наоборот, дышал смертным холодом.
Неужели я хочу валяться в этом тумане вечно и смотреть сны — пусть даже такие замечательные?
Не знаю, я не знаю! Наверно, я просто трус!
Скай сжал звезду в кулаке и открыл глаза. Он смотрел прямо в гнусную змеиную морду.
— Это всё неправда!
— Это
От злобного рёва заложило уши, в лицо полыхнуло огнём, Скай заслонился руками и услышал, как Колдун говорит:
—
Пламя сгинуло без следа. Сырость и ночной холод обступили Ская со всех сторон, и он осмелился убрать от лица руки. Угрюмый лес (увы) был на месте, Колдун (к счастью) — тоже. Он стоял на шаг впереди и держал в вытянутой руке посох, как воины держат меч.
— Камень ты не получишь, но жизнь ещё можешь сохранить. Отвечай, как мне найти дорогу в Сокрытую Гавань?
Змей покачивался, поднявшись на свёрнутом кольцами хвосте. Он злобно щерился на посох, но нападать не осмеливался.
— Эта дор-рога важна для тебя, не для мальчика, — проговорил он рокочущим шёпотом; бледные глаза обратились к Скаю, и кроме злобы ему почудилось ликование. — Ты лжёш-шь ему… Тебе не нужен ученик, тебе нужен камень… Ты не с-сказал ему о видении… не с-сказал о том, как падёт его город…
Гнусный холодок пополз по позвоночнику.
Лицо Колдуна оставалось бесстрастным, даже скучающим, исходящую от него угрозу можно было почувствовать кожей.
— Не испытывай моё терпение, Тварь, оно уже на исходе. Как мне найти дорогу в Сокрытую Гавань?
— Сигнальные огни не зажглис-сь… — продолжал змей, растягивая пасть в ухмылке. — Йенльянд пал, а теперь черёд Фир-р-энм-Хайта… Проклятые… они уже близ-зко… и среди них есть колдун…
Он лжёт. Так ведь? Просто смеётся надо мной… хочет меня испугать… да?
— Как мне найти дорогу в Сокрытую Гавань?