Черная дорога полностью

– Вот сила Пути Грез, – хрипло провозгласил Чолик, – сила щедрого, дающего пророка, служение которому я избрал. Да славится во веки веков имя Дьен-ап-Стена. Братья и сестры, присоединяйтесь ко мне, повторяйте это имя. – Он воздел руки: – Слава Дьен-ап-Стену!

Только несколько человек сразу последовали его примеру, но постепенно к хору подключились и остальные. Через считаные секунды над поляной поднялся клич, затопив обычные шумы города ниже по реке.

– Баярд Чолик!

Немой окрик взорвал мозг Чолика так резко, что он на миг ослеп от боли и тошноты.

– Остерегайся, – сказал Кабраксис. – Заклятие распутывается.

Очнувшийся Чолик оглянулся на созданный им лабиринт и увидел, как вспыхнула вдруг фиолетовыми искрами отправная точка, вспыхнула и загорелась. Маленький огонек побежал по начерченной золой линии, поглощая ее, оставляя за собой пустоту.

Огонь нагонял мальчика.

– Если пламя доберется до ребенка, – предупредил Кабраксис, – он будет уничтожен.

Чолик подошел к другому концу черной тропы, глядя, как мчится огонек к Эффирну. Мысли лихорадочно крутились в голове, но он знал, что не должен показать ликующей толпе страх.

– Если мы упустим сейчас этих людей, – произнес демон, – обратно мы уже их не получим. Если чудо свершится, мы приобретем верующих, но в случае несчастья мы можем все потерять. Пройдут годы, прежде чем мы сможем снова вернуться сюда, годы, за которые эти люди забудут то, что произошло сегодня ночью, и позволят нам предпринять новую попытку завоевать их.

– Эффирн, – окликнул Чолик.

Мальчик посмотрел на него, на мгновение оторвав глаза от тропы. Он не споткнулся.

– Посмотри на меня! – радостно воскликнул ребенок. – Посмотри! Я иду!

– Да, Эффирн, – кивнул Чолик, – и все здесь горды тобой и благодарны Дьен-ап-Стену, как и следует. Однако мне нужно кое-что знать.

Скосив глаза на непреклонный багровый огонек, преследующий мальчика, жрец увидел, что он отстает от Эффирна всего на два поворота. Конец же пепельной дорожки находился в тридцати футах от ребенка.

– Что? – спросил Эффирн.

– Ты можешь бежать?

Мальчик смутился:

– Я не знаю. Я никогда не пробовал.

Фиолетовое пламя преодолело еще десять футов.

– Попробуй сейчас, – предложил Чолик и поднял руки, словно раскрывая объятия. – Беги ко мне, Эффирн. Быстрее, мальчик. Как можно быстрее.

Эффирн начал бежать нерешительно, будто испытывая новые мускулы и новые способности. Он бежал, а огонек, сжигающий золу, мчался следом, настигая, отставая лишь на дюймы.

– Давай, Эффирн, – подбадривал Чолик. – Покажи отцу, каким быстрым ты стал теперь милостью Дьен-ап-Стена.

Эффирн бежал и смеялся. Разговоры зрителей переросли в сущий гвалт. Мальчик добрался до конца дорожки, спрыгнул с последнего изгиба на землю и оказался на руках Чолика в тот момент, когда фиолетовая вспышка проглотила последнюю крупицу пепла и исчезла с шипением залитых углей.

Чувствуя себя так, словно только что снова избежал смерти, Чолик секунду подержал мальчика, удивляясь, каким большим тот стал. Руки и ноги ребенка обвили его.

– Спасибо, спасибо, спасибо! – захлебываясь, повторял Эффирн, обнимая Чолика крепко-крепко, пользуясь новыми обретенными силами.

Смущенный и возбужденный Чолик, залившись румянцем, стиснул мальчика в ответ. Здоровье Эффирна означало их с демоном успех в Брамвелле, но Чолик не понимал, как работает магия Кабраксиса.

– Исцеление достаточно просто, – сказал демон в голове жреца. – Причинять вред и боль – дело другое, это куда сложнее, особенно если процесс должен длиться долго. Чтобы научиться вредить кому-то, магия должна сперва научиться исцелять.

Чолика этому не учили.

– Тебя много чему не учили, но у тебя еще есть время. Я буду твоим наставником. Повернись, Баярд Чолик, и поприветствуй своих новых прихожан.

Отпустив мальчика, Чолик обернулся к его родителям. Никто и не подумал спросить его, почему пепельная тропа выгорела.

Эффирн, желая продемонстрировать свою новообретенную силу, заскакал по поляне. Братья и сестры радовались вместе с ним, а отец подхватил сына, стиснул в неистовых объятиях и передал матери. Она притянула ребенка к себе, слезы без стыда текли по лицу.

Чолик смотрел на женщину и ребенка, ошеломленный тем, как тронула его эта сцена.