Папенька всхлипнул от радости, матушка заплакала и закричала, вознося хвалы Дьен-ап-Стену так, чтобы слышали все. Возбужденная толпа взорвалась радостью, освободив эмоции, но Меридор не могла отделаться от мысли, что, раз Микель и Дэнис вернулись, значит, вскоре кто-то другой будет избран для путешествия по Пути Грез.
Папенька бросился вперед и выхватил братьев из огненной пасти каменной змеи. Он неистово обнимал их, целовал и тискал, матушка присоединилась к нему. Но какое-то движение в стороне привлекло внимание Меридор к обожженному человеку.
Она видела все в каком-то замедленном темпе, слыша мерные грохочущие удары сердца в своих ушах. Обожженный мужчина распахнул дорожный плащ, открывая арбалет, который прятал там. Крутые дуги покоились на прикладе не длиннее половины руки Меридор. Пришелец поднял маленькое оружие здоровой рукой, вытянул ее и спустил курок. Стрела вырвалась из желобка арбалета и понеслась по собору.
Меридор следила за ее полетом и увидела, как дротик ударил мастера Сайеса в грудь, отбросив его назад. Нашедший Путь сорвался с шеи каменной змеи и исчез из виду. Крики взорвали церковь, и чувства Меридор вновь обрели привычную скорость.
– Кто-то убил мастера Сайеса! – завопил мужской голос.
– Найти его! – рявкнул другой. – Найти проклятого наемника!
– Стрела прилетела оттуда!
Окаменевшая Меридор стояла, не веря, а соборные охранники и служки в робах уже нырнули в толпу, размахивая дубинками и факелами. Она обернулась посмотреть на обожженного, но обнаружила, что он пропал. Ушел, воспользовавшись замешательством, проскользнув среди людей, только теперь осознавших, что он сделал.
Хотя стражники работали быстро, в здание набилось слишком много народу, чтобы организовать погоню. Но одному человеку, двигавшемуся быстро, да к тому же твердо решившему улизнуть от преследования грозных охранников, это, похоже, удалось, хотя Меридор не видела, как он выскользнул наружу.
Один из прислужников остановился рядом с Меридор. Жрец держал факел высоко, распихивая людей, – на полу валялся брошенный ручной арбалет.
– Здесь! – крикнул он. – Оружие здесь!
Стражники бросились к нему.
– Кто видел этого человека? – требовательно спросил грузный бородатый охранник.
– Это был мужчина, – сказала женщина из толпы. – Чужак. Он разговаривал с той девочкой. – Она показала на Меридор.
Страж пронзил Меридор суровым взглядом:
– Ты знаешь человека, который сделал это, девочка?
Меридор попыталась заговорить, но не смогла. Папенька шагнул вперед, чтобы защитить ее, она знала, что он хочет помочь, но один из охранников ткнул рукоятью меча папеньку в живот, и он рухнул на колени. А стражник ухватил ее папеньку за волосы на затылке, задрал ему голову, обнажая шею, и приставил к горлу нож:
– Говори, девочка.
Меридор знала, что этот мужчина боится не меньше, чем злится. Возможно, Дьен-ап-Стен отомстит им за то, что они позволили случиться чему-то ужасному с мастером Сайесом.
– Ты знаешь человека, который сделал это? – повторил бородач.
Качнув головой, Меридор выдавила:
– Нет. Я только поговорила с ним.
– Но ты хорошо разглядела его?
– Да. У него обожжено лицо. Он боялся приходить сюда. Он сказал, Дьен-ап-Стен может узнать его, но он все равно пришел.
– Почему?
– Я не знаю.
К главному подбежал один из охранников.
– Мастер Сайес жив, – доложил он.
– Слава Дьен-ап-Стену, – выдохнул бородач. – Не хотел бы я пойти туда, куда отвел бы меня Путь Грез, если бы мастер Сайес умер.
Он дал своим солдатам описание покушавшегося, добавив, что человека с обожженным лицом достаточно легко найти. Потом стражник вновь обратил внимание на Меридор, болезненно сжав ее ручку:
– Идем, девочка. Ты пойдешь со мной. Мы поговорим с мастером Сайесом.
Меридор попыталась сбежать. Меньше всего ей хотелось общаться с мастером Сайесом. Но она не смогла вырваться из тисков лапы великана-бородача, и он поволок ее сквозь толпу.
– Говорю тебе, я видел это собственными глазами, видел. – Старый Сахир выглядел чрезвычайно оскорбленным.
Это был человек лет шестидесяти, тощий, жилистый, с белой бородой и волосами, стянутыми сзади в конский хвост. На мочках обоих ушей болтались серьги-ракушки. На лице и руках виднелись шрамы. Он носил просмоленные штаны и рубаху, спасающие от брызг, неизбежных на этой грубо срубленной пристани.
Дэррик сидел на одном из ящиков, которые он нанялся доставить с каравеллы в заливе в товарный склад на береговой линии Мыса Искателей. Это была первая хорошо оплачиваемая работа за три дня, и он начал думать, не придется ли поступить на корабль, чтобы есть каждый день и иметь крышу над головой. Но выходить в море он не хотел. Море хранило слишком много воспоминаний. Дэррик пошарил в потертой кожаной сумке и достал кусок сыра и два яблока.
– Ну да, мне трудновато поверить в рассказ о каменной змее, глотающей людей, – признал Дэррик.
