– Не знаю… Скорее, мне просто хотелось верить…. А выбора у меня всё равно не было!..
– Что было дальше?
– Он сказал, чтобы я собиралась, он отвезет меня в психиатрическую клинику, даст ключи и план зданий, с указанием мест, где надо искать пакет.
– Он так и сказал «пакет»?
– Да, именно пакет. Показал руками приблизительный объём и форму, – Юлия покрутила пальцами, повторяя жесты незнакомца. – Я спросила, куда мне девать Лидочку, он ответил, что возьмёт её с собой, и это будет гарантией того, что я никуда не сбегу и всё сделаю, как он сказал. Я решила, что это не так трудно. Тем более, что, ну, вы знаете, я умею…, умела…
– Да-да, всё понятно. Только теперь несколько вопросов. Сначала вы сказали так: «…
Женщина с удивлением посмотрела на Дубовика:
– Я не помню…. Это разве важно?
– Вопросы задаю я!
– Извините…. Сейчас подумаю, вспомню точно, если так надо… – она задумалась. – Да, когда он только пришел и стал говорить, я тогда ещё решила, что он имел в виду себя и того парня. Даже представила, что и как
– Хорошо! Теперь постарайтесь подробно со всеми мелочами описать обоих.
– Ну, парень совершенно бесцветный, какой-то обросший, глаза опухшие, вообще, он был с похмелья, потому что от него несло перегаром. Я теперь совсем не пью, поэтому чувствую малейший запах водки. А от него воняло ещё и дешевыми папиросами. А вот второй!.. От него пахло, наоборот, очень хорошо, вот как от вас, только запах другой, резче, что ли?.. И был этот человек какой-то странный… Лицо вроде светлое, а волосы очень темные, и усы торчком. Тоже темные. И горло обмотано толстым шарфом. Говорил так, будто оно у него болит. Я сразу же поняла, что он скрывает свою внешность.
– Та-ак… – Дубовик задумался, женщина смотрела на него и чувствовала, как от него веет уверенностью и надёжностью. В этот момент ей очень хотелось ему помочь, но, как назло образ парня совершенно расплывался, и вспомнить какие-то подробности её страдающему рассудку, живущему только беспокойством о дочери, было не под силу. Понимал это и сам подполковник. Запах одеколона слишком хлипкий признак для опознания «Артиста», как он сразу прозвал незнакомца в парике, и то, если он остается верен одной марке, как это случилось с Анной Штерн, что во многом сыграло роль в её поимке. Дубовик и сам предпочитал один одеколон, но вот, скажем, Ерохин, так, тот обожал менять марки, хотя выбирал только самые дорогие. Кстати, часто это зависело от обстоятельств. Доронин не раз посмеивался над этой чудинкой капитана, но тот не обижался, только говорил, что и жене его это не нравится. И все же привычки этой не оставлял. Так что, надеяться на запахи слабая надежда.
– Скажите, как вы должны были связываться с этим мужчиной? Ведь вы об этом договаривались? – продолжил разговор подполковник.
– Он сказал, что если я найду, то надо будет подойти к доктору и сказать, что у меня все хорошо. Доктор выпишет меня. Так они договорились.
– И, все-таки, почему вы решили не продолжать поиски, или это временное отступление?
– Я посмотрела там, где было помечено. Правда, мне было сказано, чтобы я искала везде, где можно спрятать такой пакет. А я устала не спать ночью, да и меня уже видели. Оказывается, и вы все знаете… Бессмысленно всё это…. Скажу, что не нашла. Только вот что будет с дочкой?.. – она вытерла слезы и, сложив платок квадратом, сказала:– Постираю…
Дубовик улыбнулся:
– Оставьте себе…. А мне отдайте ваши схемы и ключи. Они вам больше не понадобятся. – Юлия достала из-под матраца сверточек из старой тряпицы и передала подполковнику. – Мы всё сделаем за вас. И отдыхайте! Если у меня появятся вопросы, я приду к вам, – он опять дотронулся до руки женщины и вышел.
Хижин на вопрос Дубовика о том, почему он не сказал, как женщина должна была уйти из клиники, только всплеснул руками:
– Я и забыл об этом! Так расстроился и испугался!.. А ведь и в самом деле, он так мне сказал!
– Ладно, верю!.. – снисходительно махнул он рукой. – Давайте посмотрим схемы, и ты, Ерохин, теперь займешься вплотную поисками. Ну, там, потайные ящики, пустоты в стенах, полах…. Сам всё знаешь, чему тебя учить! Но оставаться здесь будешь в прежней роли. Для всех я приезжаю допрашивать тебя в связи с убийством. Кстати, неплохо было бы поближе познакомиться с другими «коллегами», может быть, что-нибудь узнаешь об Оксане. – Дубовик насмешливо посмотрел на капитана: – Кровь успокоилась? – И на укоризненный взгляд Ерохина добавил: – Знаю, цинично, но если вдруг окажется, что девушку убил её парень из ревности, то ты окажешься в центре скандала. Поэтому, утихомирь свои кобелиные инстинкты и работай!
Ерохин шутливо козырнул.
Втроем они расположились у стола и стали рассматривать небольшие схемы, начертанные очень тщательно с указанием каждого предмета.
