– Девчонка красивая… была, так её бабы не очень-то жаловали. Единственной подругой была Долгушина Вера, та тоже такая… – Ерохин с опаской посмотрел на подполковника.
– Ну-ну, продолжай! – с язвительной усмешкой протянул Дубовик.
– Ну, в самом деле, Андрей Ефимович, как я должен охарактеризовать девушку, если она красивая, между прочим, блондинка. Но она замужем!
– Какое счастье! Для неё-то уж точно! И что она сказала тебе интересного?
– Да она плакала, говорила, что любила свою подругу, только её никто не понимал. Все считали Оксану ветреной, а она от злости так к мужикам относилась – играла на их чувствах.
– И от чего такое неприятие мужской половины? – удивился подполковник.
– Да я и сам не понял, спросил, но Вера сказала: «Тайна не моя, ничего не скажу».
– Вот даже как? Интере-есно!.. Что ещё сказала эта самая блондинка Вера?
– Подтвердила, что Оксана знала, кто убил Шаргина и Кривец, и, хотя многие считали по-другому, Вера ей поверила и просила рассказать об этом в милиции. Но Ильченко только посмеялась и сказала, что «он» ей ещё пригодится.
– «Он», как я понимаю, тот, кто, по мнению девушки, был убийцей, так?
– Да, так она и объяснила. И совершенно уверена, что именно за это Оксана и поплатилась.
– Ну, ящик Пандоры, а не клиника для умалишенных! Сам скоро свихнусь! – в сердцах сплюнул Дубовик. – Мифический доктор, мифический ухажер, мифический пакет с мифическими документами! Две исчезнувшие бесследно женщины! Ну что тут скажешь? Кстати, ты кольца у Оксаны не видел? Очень красивого, очень дорогого?
– Нет, вообще, никаких украшений! Ни на руках, ни на шее… – задумчиво произнес Ерохин, проведя подушечками пальцев по своей груди.
– Всё разглядел, блин, Казанова, – беззлобно ругнулся Дубовик.
В этот момент постучали в дверь, и вошел Хижин в сопровождении своей пышнотелой жены, которая несла большой поднос с сытным завтраком. Это было кстати, и мужчины с удовольствием принялись за еду, Ерохин отметил, что Дубовик даже несколько смягчился.
– Борис Иванович, а вы не видели у Оксаны дорогого кольца? – спросил подполковник у Хижина.
– Нет, никогда. Дело в том, что медперсоналу здесь запрещено носить украшения – больные специфические, были прецеденты.
– Спасибо, исчерпывающе… – кивнул Дубовик.
После завтрака он вдруг сказал:
– Надо разобрать угольник в котельной. – На вопрос Ерохина: «Зачем?» ответил коротко: – Так надо.
Два санитара и кочегар споро взялись за дело, и через пятнадцать минут оголилось днище металлического ящика, и все присутствующие увидели небольшой пакет, завернутый в вощеную бумагу и перетянутый конопляной тонкой веревкой.
Один из санитаров потянулся было за ним, но Дубовик резко остановил его и сам осторожно достал из угольной пыли драгоценную находку.
Когда подполковник положил на стол перед Ерохиным пакет, тот был настолько ошарашен, что не мог произнести ни слова.
– Так вот где она прятала этот пакет! Ну, товарищ подполковник, повезло, так повезло!
Дубовик как-то странно посмотрел на Ерохина и, ничего не ответив, стал развязывать веревку.
В пакете оказались записи непонятных формул, чертежи и описание каких-то опытов.
– Ну вот, то, что требовалось доказать! Документы Вагнера? – Ерохин с интересом рассматривал бумаги. – И за это была убита женщина?
– Вот именно!.. – Ерохин опять отметил странный взгляд Дубовика, а тот обратился к Хижину: – Вы можете что-нибудь сказать об этом? Разобрать сможете?
Доктор присел к столу и стал внимательно перебирать и разглядывать каждый лист.
– Ну, здесь мне, конечно, не все понятно, но вот это очень похоже на формулу какого-то препарата. Я очень боюсь ошибиться, это что-то из обезболивающих на основе наркотических веществ. Думаю, что вам нужен настоящий эксперт.
– Хорошо, я сегодня же позвоню Городецкому, он привлечет к этому необходимых специалистов. Усладову можете «выписать». Отправлю её с Дорониным поискать кое-кого на рынке. А если вам позвонит тот человек, скажете, что мы нашли пакет, который она искала. Именно так, слово в слово! Запомните? – Хижин кивнул.
– Товарищ подполковник! Но… – Ерохин хотел возразить Дубовику, но тот одним взглядом остановил его:
– Ты тоже свободен! «Санитар»!
Уже добрых полчаса Ерохин ждал, когда Дубовик освободится от телефонных разговоров. Доронин тоже сидел со скучающим видом. Из отрывочных фраз подполковника стало понятно, что профессор Городецкий обещал приехать первым же поездом. С ним должен был прибыть и эксперт-химик. Когда подполковник, наконец, положил трубку, капитан отважился задать вопрос:
– Я понять не могу: те, кто искали этот пакет, неужели не могли раскопать кучу угля до конца?
– А им и не надо было искать, они его и не теряли! Это спектакль, разыгранный для нас!
–Ха, так теперь все понятно! Значит, его не искали, а подложили! – Ерохин хлопнул ладонями. – И… все остальное тоже?
