Последнюю, трагическую ноту внесла в допрос адвокат Михалкина: «После 17 марта Вам что-либо о судьбе Вашего сына Александра известно?»
Квачков глухо: «Известно. Вот заметка в газете «Московский комсомолец» от 19 марта 2005 года: «Вчера был задержан старший сын полковника Квачкова Александр Квачков. Милиционеры взломали дверь его квартиры». Утром 20 марта 2005 года меня подняли из камеры, показали эту заметку и сказали: «Ваш сын задержан, спрашивает, что делать?» Я просил ему передать: пусть говорит правду. После этого мой сын исчез».
Судья привычно пресекает нежелательные сведения: «Уважаемые присяжные заседатели, оставьте без внимания слова подсудимого о том, что сын Квачкова Александр исчез»…
Допрос историка и писателя Ивана Миронова до последней минуты сохранял интригу неизвестности. Показания Квачкова, Яшина, Найденова прокуратура знала по прежним трем судебным процессам. Миронов же оставался загадочным белым пятном, так как не давал показаний на следствии и не участвовал в первых трех процессах.
Допрос начался с вопроса адвоката Ирины Чепурной: «При каких обстоятельствах Вы познакомились с Квачковым Владимиром Васильевичем?»
Миронов: «Мои родители дружили с Квачковыми».
Чепурная: «Пересекались ли Вы в общественной деятельности с Квачковым?»
Миронов: «Не пересекались, поскольку Владимир Васильевич входил в Военно-Державный союз под руководством Ивашова, а я — в исполком Конгресса Русских общин под председательством Глазьева».
Чепурная: «Какие взаимоотношения были у Вас с Александром Квачковым?»
Миронов: «Общались редко. Саша жил своеобразной жизнью. Работал охранником, книг не читал, интересовался только футболом, большой любитель пива. Владимир Васильевич хотел, чтобы я немного подтянул Александра, убедил его получить заочное образование. Саша использовал заинтересованность отца в нашей дружбе в своих интересах, иногда прикрывался мной, когда надо было оправдаться перед отцом за пикники на даче. С кем там гулял Саша, не знаю. С его друзьями и подругами не знаком».
Чепурная: «Как Вы познакомились с Робертом Петровичем Яшиным?»
Миронов: «Однажды заехал к нему по пути, выполняя просьбу Квачкова. Где-то в 2004 году. Приятельскими наши отношения не назовешь в силу различия интересов и возраста».
Чепурная: «Были ли Вы знакомы с Александром Найденовым?»
Миронов: «Мы познакомились с ним 16 марта 2005 года, хотя эту встречу трудно назвать знакомством».
Чепурная: «В связи с чем Вы стали чаще общаться с Квачковым и Яшиным после октября 2004-го года?»
Миронов: «В это время мой отец подвергся репрессиям за разоблачение коррупции в Новосибирской области. Он баллотировался в губернаторы Новосибирской области и в рамках выборной кампании выпускал газету с анализом документов о преступной деятельности руководства области. Сохранивший за собой пост губернатора Толоконский начал борьбу против отца вплоть до его физического захвата. Забегая вперед, скажу, что совсем недавно подтвердилась правота отца. Ряд руководителей Администрации Новосибирской области, включая ближайшего советника губернатора Солодкина, о котором писал отец, арестованы, им предъявлены в том числе восемь похищений и убийств людей, в числе которых два вице-мэра Новосибирска. Отец мог оказаться в этом списке, так что у него были реальные основания скрываться. Отца объявили в федеральный розыск. Друзья отца предупредили, что против меня, моей сестры и мамы могут быть провокации с наркотиками или оружием. Вот почему Владимир Васильевич взял тогда на хранение отцовское ружье».
Чепурная: «Кто предупредил Вашего отца о возможных провокациях?»
Миронов: «Не знаю. Круг знакомств отца слишком широк. Достаточно сказать, что бывший его заместитель Черненко стал первым заместителем Министра внутренних дел Российской Федерации».
Чепурная: «Какого характера были эти предупреждения?»
Миронов: «Что наши телефоны поставлены на прослушку, что за машиной ведется наблюдение. Нам с сестрой рекомендовано было как можно чаще быть на людях. Квачковы, сочувствуя нашему положению, приглашали меня на дачу, попариться, подышать свежим воздухом».
Чепурная: «Что Вас связывало с Яшиным?»
Миронов: «Роберт Петрович пытался наладить свой бизнес, что-то связанное с лесом и срубами. Даже привез своих гастарбайтеров, по-моему, с Украины. Машины у Роберта Петровича не было, а мотаться приходилось много, и если у меня было свободное время, то я старался выручать Роберта Петровича».
Чепурная: «На какой машине Вы ездили в 2004–2005 годах?»
Миронов: «Хонда-Аккорд» 1998 года выпуска. Я купил ее по генеральной доверенности у моей однокурсницы по аспирантуре Екатерины Пажетных. Чтобы не возиться с переоформлением, Катя оформила на меня генеральную доверенность, что явилось потом основанием обвинить ее в причастности к покушению на Чубайса и объявить в федеральный розыск».
Чепурная: «Расскажите о событиях 10 марта 2005 года».
