Защита убеждена, что 17 марта на Митькинском шоссе имела место имитация покушения на Чубайса. Установление массы заряда в тротиловом эквиваленте позволит сделать вывод, была ли мощность заряда достаточной для покушения на Чубайса, находившегося в бронированном БМВ, или же заряд был рассчитан только на имитацию покушения. Расчет массы заряда производился по разрушениям автомашины ВАЗ-21093. В заключении экспертов зафиксировано: «Заднее стекло автомобиля отсутствует. Остекление преимущественно находится в салоне автомобиля. Стекло в задней правой вставке также отсутствует. Обшивка автомобиля деформирована. Обшивка правой стороны частично вогнута в сторону салона. Максимальный прогиб наблюдается в области правой задней двери в сторону салона на величину около одного сантиметра. Крыша автомобиля имеет деформации в виде выпуклости вверх из салона на величину около одного сантиметра. Левая задняя дверь (обшивка) имеет деформации в виде выпуклости наружу из салона на максимальную величину около одного миллиметра» (т. 13, л.д. 38). Ну, и скажите, пожалуйста, где здесь автомобиль, который по утверждению обвинения «сложился домиком»? Повреждения, полученные машиной, специалистами-экспертами отнесены к легким повреждениям автотранспорта (т. 13, л.д. 38). Не зная точного расстояния от автомобиля до взрыва в основу расчета эксперты положили 10 и 15 метров, совершенно не соответствующие реальной обстановке. При 10 метрах мощность заряда — 3,4 кг, при 15–11,5 кг. Защита попросила экспертов подсчитать тротиловый эквивалент при удалении машины от взрыва на 3, 4, 5 метров. Эксперт отказался: «Сами подсчитайте». Мы это и сделали по формуле, использованной сотрудниками Института криминалистики Центра специальной техники ФСБ при проведении взрывотехнической экспертизы (т. 13, л.д. 38). Что получилось? На удалении трех метров мощность заряда в тротиловом эквиваленте 92 грамма, на удалении четырех метров — 218 г, пяти — 426 г, шести — 740 г, семи метров — 1,2 кг. Мощность взрыва в 400 с лишним граммов подтверждается характером повреждений, полученных автомашинами, попавшими в область действия ударной волны. В «девятке» остались на месте не только лобовое стекло и все стекла с левой стороны, но даже стекла на правой, обращенной к взрыву стороне, за исключением задней стеклянной треугольной боковушки. Утверждение прокурора, что пассажиров в других машинах защитили и спасли от взрыва автомобильные стекла, — издевательство над здравым смыслом. Я ответственно заявляю: нельзя спрятаться от взрыва за автомобильными стеклами! Не спасут! Заряд, от подрыва которого снег в разные стороны разлетелся всего на три метра — это заряд для испуга, а не для реального покушения против бронированного автомобиля с седьмым (!) — наивысшим классом защиты! Это — безусловная имитация!
Чубайс сообщил суду, что регулярно пользовался личной небронированной машиной БМВ, передвигаясь без охраны. Почему не было нападения в этот момент, если придерживаться версии обвинения, что за Чубайсом долго следили.
Согласно показаниям водителя Чубайса Дорожкина после взрыва «машину отбросило влево». Вес БМВ четыре тонны. Получается, четырехтонную машину отбросило, а легкая «девятка» осталась на своей полосе. Где машина БМВ? Почему мсчезло важнейшее вещественное доказательство, несущее на себе следы поражения пулями и осколками, а, следовательно, и неопровержимые доказательства имитации или реального покушения? Да потому и исчезла, что осмотр БМВ процессуально закрепил бы фактические обстоятельства имитации покушения.
17 марта Моргунов оказался единственным вооруженным защитником Чубайса. Что же делает Моргунов, когда по нему и его сотрудникам открыли огонь на поражение? Звонит директору ЧОПа Швецу, цитирую слова Моргунова: «Швец сказал, чтобы мы лежали и не высовывались, ответный огонь по нападавшим не открывали!» Одной этой фразы руководителя ЧОП достаточно, чтобы сделать вывод о характере нападения — это имитация покушения! Моргунов сразу, как только закончилась стрельба, сел в машину и с не установленным лицом поехал на перекресток Минского шоссе сообщить о произошедшем на пост ГАИ. Но никакого поста на перекрестке нет! Как и остальные охранники, Моргунов допрашивался 17 марта 2005 года, однако из материалов дела протокол допроса исчез.
