– Обратите внимание, мухтарам, вон того мужчину сотрудник спросил: «Вы один?», тот, очевидно, не понял и согласился, после этого его пригласили на досмотр. Следом подошла женщина, видимо, его жена, тогда таможенник отпустил пару без досмотра и переключился на других.
– Значит, супружеские пары не проверяют?
– Почему? Проверяют, но реже, чем одиночек. Ну и, конечно, они обращают внимание на поведение пассажиров. Хотя могу вам сказать, что здесь довольно жесткий контроль.
– А где, на твой взгляд, контроль не такой жесткий?
– Я недавно летел через Франкфурт. Аэропорт меньше, таможенники не такие активные. Провинция. А Мюнхен недаром называют «криминальной столицей». Да и полицейские патрули здесь усиленные.
Они вернулись в центр. Вечерним поездом Абу Дауд уехал в Берлин, где его ждали другие неотложные дела. Однако на прощание он не забыл еще раз напомнить о необходимости достать план Олимпийской деревни.
На следующий день приехали боевики из «Группы Красной армии». Они успели поселиться, когда Батый назначил им встречу на стоянке возле стройки века.
Когда он подъехал, Бригита и Ганс уже были на месте.
– Классная тачка. – Девушка любовно провела рукой по сияющему на солнце капоту. – Я еще на такой не ездила. Даже у Бодера такой не было, дашь попробовать?
Андреас Бодер, основатель «Группы Красной армии», сидевший ныне в тюрьме, был большим любителем новых дорогих машин. Эту страсть с ним разделяли многие его воспитанники.
Удо отвел их к объекту и издали показал представителя Олимпийского комитета.
– Бригита, ты знаешь людей из местной ячейки «Красной армии»?
– Знаю.
– Мне надо, чтобы пара-тройка ребят встретили наш объект по дороге домой, слегка его побили и ограбили. Меня интересует портфель.
– Бить обязательно? Можно просто на мотоцикле догнать и вырвать.
– Бить обязательно, потому что случайные прохожие должны отпугнуть хулиганов и отвезти пострадавшего в травмпункт, а затем привезти назад и помочь ему найти брошеный портфель со всем содержимым, разумеется, кроме денег. У Мюнхена дурная криминальная слава. У объекта не должно возникнуть подозрений по поводу документов.
– Случайные прохожие – это мы с Гансом? – поинтересовалась девушка.
– Правильно, меня он уже видел и мог запомнить.
– Ну да, ты у нас личность запоминающаяся, – с вызовом бросила ему Бригита.
– Мне нужно, чтобы ты обеспечила бойцов и фотоаппарат на время. – Батый заметил вызов в словах и поведении молодых «красноармейцев», но пока сдержался. – Вам задача понятна?
– На кого мы должны работать? На арабов? – решил продемонстрировать недовольство Ганс.
«Это называется бунт на корабле, спускать такое нельзя. Следующим шагом будет неповиновение», – понял Батый.
Он вплотную подошел к задире:
– Лично ты будешь делать то, что скажу тебе я. Потому что ты – пешка, и не можешь знать больше, чем тебе сказали. Я тебе пока не доверяю. Что ты сделал? В каких акциях принимал участие? А я брал банки и взрывал американцев. И помогали мне в этом арабы, а не ты. И я помогал им против израильтян. Это и есть революционный интернационал. Он держится на сотрудничестве и дисциплине, а ты пока непослушный сопливый щенок.
Последние слова он почти прокричал юнцу в лицо, сознательно брызгая слюной. Ему надо было сломать парня морально и подкрепить свою власть физической силой. Власть в банде всегда строится на силе, а потом уже на словах. Парень не подвел. Он с силой оттолкнул Удо, и тот с облегчением ответил. Опытный боец не бил новичка, он его учил, только обозначая удары.
– Двойка. Левой отвлекающий в лицо, правый с силой в корпус. Защита, и снова удар. Пробуй на мне. Печень, кадык. У тебя короткие руки, до головы ты сильным ударом не дотянешься. Твоя задача – войти в ближний бой.
Это была не драка, а движения, больше похожие на танец. Боевой танец. Батый легко увертывался от ударов Ганса, иногда нанося ему резкие, но чувствительные тычки. Противник быстро выдохся. Старший товарищ продолжал учить:
– Ганс, ты субтильный, поэтому у тебя нет достаточной силы в ударе, нет выносливости. Значит, ты можешь рассчитывать только на один сконцентрированный удар с близкого расстояния. Запомни, локоть и колено бьют сильнее кулака, там задействованы более мощные мышцы. Поэтому твой единственный шанс – это неожиданность и близкая дистанция. Ты понял?
– Да понял я, понял, – внешне примирительно сказал Ганс, даже улыбаясь. – Спасибо, Удо, за науку. Можно я тебя обниму?
Батый расслабился и шагнул к Гансу, за что тут же получил удар в пах коленом.
– Я все правильно понял, учитель? – спросил юнец у скрючившегося от боли наставника.
– Молодец, именно так, – утвердительно прошипел Батый.
Бригита, с нескрываемым интересом наблюдавшая эту сцену, залилась задорным смехом.
«Когда она смеется, у нее появляются ямочки на щеках», – почему-то подумал разведчик, приседая, чтобы уменьшить боль.
