Не тот характер, не та личность. Впрочем, Яне волноваться не о чем. У нее уже есть хозяйка. И вряд ли Хелла отпустит ее душу… тут тиграм ловить нечего. Даже самым элитным.
На долю секунды Яна засомневалась в своем плане.
А потом махнула рукой.
Получится, не получится – надо действовать! Дорогу осилит идущий, и никак иначе!
Крыльцо ресторана.
И подъехавшая машина.
И – выстрел.
Неожиданный, конечно. Хоть и бывала не одна такая ситуация, но все равно – неожиданно. Киллеры – страшные люди, они себе на шею колокольчик не вешают и «иду на вы» не кричат. А приходят и стреляют. Неожиданно.
Яна о таком и наслушалась, и навидалась, и сама была считай что профессионалом. А что? Теорию она знала, значит, и практика должна получиться!
Получилась, ага!
Жом Тигр и мяукнуть не успел, когда его схватили за руку, ловко рванули – еще и подсечку сделали. К такому он не был готов и распластался вместе с Яной на ступеньках. А в стену над ними ударил еще один выстрел, высек крошки мрамора…
– Б…
Кто это выругался?
Вполне возможно, что в унисон. Думала-то Яна точно это, каменная крошка царапнула по виску, больно!
И оружие выхватили вместе.
Но убийца не стрелял. Два выстрела, не попал? Всем спасибо, все свободны.
– Всех зарою, – прошипел злющий Тигр. Выглядел он так… ему бы хвост – сейчас бы с него весь мех обтрепался. Яна фыркнула в ответ.
– Вы таки уверены, что обойдетесь без телохранителя? А то ведь обезглавят наше Освобождение, а на что нам свобода – без головы?
Сказано это было с таким «одэсским» акцентом, что жом проникся. И не выдержал.
– Зачем вам это нужно?
Яна и врать не стала. Не тот кадр.
– Хочу в Звенигород. Там тепло, светло и мухи не кусают.
– А потом?
– Суп с котом. Жом, по нашей-то жизни, да загадывать на год вперед? Кстати, а где там наш убийца?
Жом огляделся вокруг, сунул револьвер обратно и кивнул Яне.
– Ладно. До Звенигорода – вы приняты. Дальше посмотрим.
– Вы об этом не пожалеете, – честно сказала Яна.
– Хотелось бы надеяться.
Чем отличается война от мирного времени?
Тем, что на войне убивать можно!!!
Убивать, убивать, УБИВАТЬ!!!
Илья об этом мечтал вот уже вторую неделю. И понимал, что мечты пока что несбыточны, но…
Полковнику было паршиво.
Да, Валежный его отправил в Подольск.
Да, он назначил его комендантом.
Но…
Денег-то, простите, нет!
И порядка нет!
И… и все цепляется одно за другое, и даже никого убить нельзя! Разве что освобожденцев… но рядом с чиновниками – они такие милые! Просто лапочки!
– Илюша…
В дверь кабинета постучали, и вошла Маргошенька Измайлова. Илья посмотрел на нее с улыбкой.
– Что случилось, Маргошенька?
– Илюша, обед готов.
– Спасибо, друг мой, я буду через полчасика.
– Да, конечно. Я скажу повару.
Маргошенька вышла, оставив памятью о себе флер дорогих духов. Илья вздохнул и посмотрел в окно.
На улице лил дождь, царила холодная ненастная осень. И на душе у него было так же паршиво и паскудно.
Подольск…
Как наладить жизнь в городе, если со всех сторон бардак, а тебя этому – не учили?!
Никак.
Это в романах все хорошо получается, а в жизни…
Продукты не везут – нет денег. Нет продуктов – нечем кормить людей. Нечем кормить людей – начинаются голодные бунты. Начинаются бунты – нет порядка. Нет порядка – небезопасно и на дорогах, и в городе…
И пошло одно за другое, третье за четвертое…
Укрепрайоны надо строить – строителей надо кормить – крестьянам надо платить… и читай сначала! Ополченцам надо платить, ополченцев надо кормить, одевать… Дальше – продолжать?
Правильно, не надо. Денег-то не было, освобожденцы их первым делом по своим карманам пригребли. И кто сбежал, кого пристрелили – с покойников все равно денег не получишь.
Что остается?
А ничего хорошего.
Илья пытался рассчитываться расписками, но брали их плохо. Вообще не брали, если честно, и купцов можно было понять. Обещаниями семьи не накормишь. Разве что в нужно́м месте использовать ту расписку – и то бумага жесткая, а чернила расплывутся, некрасиво будет.
Реквизировать?
Илья и это уже приказал, но какой дурак будет все на виду держать?
Плохо было в Подольске. Все хозяйство напоминало тряпье нищего, из гнилой ткани, на живую нитку, разномастные лохмотья… и что поползет первым?
Неясно.
Но как ни латай – лучше не будет.
Тора Маргарита оказалась единственной искоркой света в окружающем мраке.
А случилось так.
Савелий Лукич нашел Илью уже на следующий день. И упал в ноги.
– Тор! Умоляю, помогите!!!
Хоть и был Илья занят по уши, но… мы в ответе за тех, кого выручили.
– Что случилось?
– Тор, миленький, Творца ради! Определите нас хоть куда на постой! Нельзя в том доме оставаться, как Творец видит, нельзя…
И верно, нельзя.
Освобожденцы порезвились там на совесть.
Что могли – сломали, что не могли – изгадили. Мебель? Кажется, ею топили камины. Личных вещей не осталось… Илья махнул рукой да и предложил Савелию Лукичу перевезти все семейство тора Измайлова прямиком в управу. И спокойней им будет, и под присмотром, и…
Наверное, Илья немножко лгал себе.
Но измученная девушка на кровати что-то зацепила в нем. Какие-то потайные струны…
