Слова – самые безжалостные предатели, по которым можно определить все. Происхождение, воспитание, убеждения, самое сущность человека. Говорит он «что» – или «че», «спасибо» или «благодарю», вставляет в свою речь слова из других языков – или нет…
А о чем человек может проговориться?
Да обо всем!
Если бы на месте Яны была Анна, жом Тигр расколол бы ее в три минуты. Но Яна попросту рассказывала о своей жизни. Как они с отцом ходили в лес, как охотились, как кабана свежевали, как оленя… как на браконьеров засаду устроили.
Жом Тигр слушал, кое-что рассказывал о себе. Яна не сомневалась – ей достался улучшенный и облагороженный вариант биографии. Но ведь и она не сильно откровенничала?
По некоторым оговоркам она догадывалась, что у Тигра были не лучшие отношения с семьей. Что дома он не был уже долгое время.
Что у него есть брат… умерший?
Да, возможно.
А так жом Тигр был закрытой шкатулкой. Хотя Яна и не рвалась ее открывать. И сложись все иначе, доехали бы они спокойно до Звенигорода и расстались почти по-дружески – по-английски, не прощаясь.
Но…
Откуда при разных революциях и потрясениях вылезает столько гопников и бандитов? Тюрьмы, что ли, открывают?
Классик так и писал: «Темницы рухнут, и свобода…»
Оно так, но ведь в каждую тюрьму не только за политические убеждения сажают! Там еще полно и остальной дряни! Убийцы, грабители, разбойники, воры… кому они классово близкие, а кому – век бы не видеться и радоваться.
Яна не была уверена насчет конкретно этих разбойников, может, они активизировались, может, освобожденцы, в соответствии с названием, освободили своих братьев по разуму, спрашивать не тянуло.
Да и некогда было.
Когда поезд дернулся – и внезапно начал замедлять ход, останавливаться посреди равнины, на которой ему совершенно бы нечего делать…
Когда послышались выстрелы…
Когда за окнами закричали что-то удивительно банальное, то ли «Кошелек или жизнь», то ли «Сдавайтесь без боя, а то всех убьем!!!»…
И Яна, и жом Тигр отреагировали одинаково, благо в этот момент они играли в карты. Рявкнули: «НА ПОЛ!!!» – и нырнули под стол, крепко треснувшись плечами.
И вовремя.
В стену ударило несколько пуль.
– Это за вами? – уточнила Яна.
– Не знаю.
Яна скрипнула зубами.
Револьвер у нее с собой был, но маленький, на щиколотке. Игрушка. Ей бы что посерьезнее…
– На мою долю ствол найдется?
Жом Тигр даже не удивился – не до того.
Молча кивнул на стену купе, на которой на крючках висело несколько револьверов.
– Заряжено.
– Благодарю! – кивнула Яна.
Перекатилась к стене, вытянула руку, не высовываясь, сбила себе один из револьверов, второй, проверила, взвела курки…
– Жом, не высовывайтесь.
– Яна, это уже наглость!
Яна фыркнула.
Тем временем пальба начала активизироваться. Девушка поползла к окну, но первым туда выглянул, хоть и со всеми предосторожностями, жом Тигр.
– С этой стороны шестеро. С той тоже человек пять-шесть, надо полагать…
– Самоубийцы, – ругнулась Яна.
– Сомневаюсь.
И верно, нападавшие кричали про динамит.
Поезд останавливался.
Как позднее узнала Яна, умники положили бревно поперек рельсов, а когда поезд начал тормозить, один из налетчиков вскочил на подножку паровоза и навел пистолет на машиниста, приказывая остановиться.
Все остальные в это время постреливали, чтобы пассажиры не вылезали раньше времени и не создавали суматохи. И – нет.
Это был не враждебный элемент.
Просто налетчикам хотелось кушать. До Освобождения, после Освобождения… совершенно несознательные личности попались.
Может, им и повезло бы. Но Яна совершенно не собиралась терзаться сомнениями. Ей надо к сыну?
Ну так вы сами виноваты! Я к вам первая не лезла!
– Ты не попадешь, – перешел на «ты» жом Тигр.
Яна фыркнула.
Не попадешь? Безусловно. И точность страдает, и разброс у револьвера приличный, и Яна движется, и мишень.
И что?
Яна в лесничестве выросла. И стреляла из всего, что способно стрелять. Из берданки, из «мосинки», из АКМ, из пистолетов и револьверов… вы знаете, что может привезти с собой пьяная братва?
Что угодно! Один раз даже пулемет притащили… Да, Яна и из него постреляла. Интересно же!
Отец не возражал. Ему какая разница? Есть лицензия на двух кабанов? Хорошо, стреляйте из пулемета, если из винтовки не попадете. Вот если бы речь шла о рыбе и динамите – другой вопрос. Тут Янин отец был непреклонен. И о количестве зверья. А остальное…
Яна прищурилась, прикинула, перехватила локоть руки с револьвером другой рукой, задержала дыхание и нажала на курок.
Каково это – попасть из движущегося поезда в скачущую мишень? Из револьвера, на приличном расстоянии…
Яна – справилась, хотя это была почти эквилибристика.
Банг.
Банг.
Банг.
Выстрелы глухо хлопнули. Освобожденцам было далеко до девушки с кордона, это уж точно. Жом Тигр только присвистнул, глядя, как валятся с коней один, два… уже три налетчика.
– Однако!
Пять пуль – три негодяя. Потом Яна потратила еще одну пулю на лошадь. Что там стало с налетчиком… может, шею свернул? Лошадь споткнулась, раненая, негодяй полетел через ее голову кувырком…
