— Вот вы думаете, наверное, что я начну сейчас рассказывать о том, как я открыла шкаф и увидела там это самое белье, о котором рассказывала моя племянница. Нет! Дело вовсе не в этом! Когда мы с Дашей прошли в спальню Тамары, меня будто бы парализовало! Представьте — спальня, где все стены увешаны фотографиями с изображением Максима Ивановича.
— Тропинина?
— Да! Говорю же вам! Ну ладно, думаю я, всякое бывает. Влюбилась женщина! Фантазирует долгими одинокими вечерами, надевает на себя белье (которое, кстати, мы с Дашей и обнаружили в комоде!), смотрит на фотографии, разговаривает со своим любимым. И никому-то от этого ни жарко, ни холодно. Живет в воображаемом мире, и ей хорошо. Но так я думала до тех пор, пока собственными глазами не увидела доктора Тропинина на лестничной клетке полураздетого, они разговаривали с Тамарой так, как могут разговаривать только любовники. Тихо, доверительно, с любовью или даже нежностью! Из разговора я поняла, что он дожидался у нее дома, а она была как бы не готова, что ли… Словом, они ворковали. А потом она все же вошла. Вот это, подумала я, настоящая бомба! Я была в шоке. Я никак не могла взять в толк, ну что он, красивый молодой мужчина, мог найти в этой совсем некрасивой и немолодой уже женщине. Но что мы вообще знаем о жизни? Значит, его что-то привлекло в ней. Возможно, ее опыт. Или страсть, которую он сам в ней пробудил. Еще я заметила, уже сама, когда была в магазине, что она покупает деликатесы, красную рыбу, консервированные персики… Нет, персики, конечно, не такие уж и дорогие, но я почему-то представила, как они весте ужинают, воркуют…
— Вы только один раз видели Тропинина у нее в квартире?
— Нет, что вы! Много раз! Он всегда останавливал машину возле соседнего дома, между деревьями. Их роман был тайной для всего города, понимаете? Это в больнице Тропинина считали бабником, приписывали ему многочисленные романы, но все это было просто ширмой, на самом деле у него был роман с нашей Тамарой!
— Ну, хорошо, предположим, у них был роман. С чего вы взяли, что она убила его?
— Да с того, что поначалу он приезжал к ней один, я видела, как он курил на балконе… А потом, вот этот момент я не уловила, когда именно, его стала привозить к Тамаре эта девушка.
— Не понял.
— Да что же тут непонятного? Они приезжали, когда Тамары не было дома.
— Втайне от нее, что ли?
— Да нет же! Какой вы непонятливый, Дима! Она, Тамара, любя его всем сердцем и желая ему счастья, сама дала ему ключи от своей квартиры, чтобы он встречался там с Милой. Подозреваю, что таким образом она зарабатывала себе право хотя бы иногда бывать с ним.
— Кира Григорьевна, что вы такое говорите?! — Дождев брезгливо поморщился, не желая выслушивать весь этот бред. — Какая-то грязь, честное слово!
— Я все это знаю точно! Говорю же, у меня есть ключи от ее квартиры. Конечно, я позволяла себе иногда заглядывать в ее квартиру, чтобы убедиться в том, что я права, что мои подозрения верны. И что же я там находила? Следы свиданий… После того, как доктор со своей девушкой уезжали, они даже не прибирались, в спальне на кровати — мятые простыни, пахнущие духами, а на них, к примеру, фольга от шоколада, апельсиновая кожура, косточки от черешни… Они точно встречались у нее! Это были настоящие любовные свидания! И она этого не могла не знать! Она же потом убиралась, вытряхивала простыни на балконе, я сама лично видела.
— Может, она сдавала ему свою квартиру на время? — усмехнулся Дождев.
— Да вы и сами не верите в то, что говорите.
— Вы полагаете, что доктор со своей возлюбленной проводили время в спальне Тамары, в той самой спальне, стены которой были увешаны его фотографиями?
— Ну да… Может, она снимала их… Хотя нет, это слишком сложно. Думаю, эта парочка вообще не обращала на них внимания. Или же Тамара нашла им какое-то объяснение. Типа, они же друзья… Постойте, у Тамары же две спальни! Получается, что парочка располагалась во второй спальне, там, где не было фотографий.
— Но почему вы решили, что это она убила его?
— Да потому, что просто не выдержала. Я полагаю, что однажды она не рассчитала время и пришла раньше. Возможно, ее воспаленная фантазия требовала пищи, и она хотела своими глазами увидеть их в постели. А когда увидела, то просто не выдержала и набросилась на них…
— С заточкой, да?
— Возможно, она готовилась к убийству… Откуда мне знать? Но то, что это она их убила, — это точно. Вы поймите, я целыми днями сижу дома и смотрю сериалы, обожаю детективы. И кое-что понимаю в расследовании. Так вот, у нее был мотив! — И Кира Григорьевна подняла указательный палец вверх. — Мощнейший мотив — ревность! Ведь связь Тропинина с этой девицей унизила Тамару, неужели вы этого не понимаете?!
— Но как она могла позволить своему любовнику встречаться у нее дома?
