Черная полка полностью

Андрей Петрович действительно обедал: на столике «под мрамор», шатко балансирующем на одной ножке, стояла пиала с бульоном, в котором плавала половинка вареного яйца. Инга оглянулась вокруг: и столовая, и меню, и даже дисковый телефон на входе — все было будто из другого времени.

— Андрей Петрович? — Купленов снова раскрыл свою корочку. — Полиция. У нас к вам несколько вопросов.

Сатьянов поднял на Павла небольшие веселые глаза.

— Вот те раз. И каких? — прищурился он. — Отобедать не хотите?

Купленов явно был голоден. Он с тоской посмотрел на пузатые, с серебристым отливом прилавки, поставленные буквой «Г», в которых за стеклом были выставлены салаты и компоты.

— Спасибо, при исполнении. — Кирилл сел за столик к Сатьянову. Инга опустилась на стул рядом. Купленову ничего не оставалось, как тащить себе стул от соседнего стола.

— Если я вам не нужен, я пойду, — сказал Николай Васильевич и остался стоять. Никто не обратил на него внимания.

— Согласно маршрутному листу автомобиль «Тойота Камри» с государственным номером E137AP177rus в минувшую субботу, 15 апреля, находился полностью в вашем распоряжении, — начал Купленов официально, — это так?

— Я вообще обычно на ней езжу, — подтвердил Сатьянов, — а что не так-то?

— Андрей Петрович, где сейчас находится машина? — спросил Архаров.

— На парковке стоит у театра. А что случилось-то? С чего сыр-бор?

— Ключи у вас? — не отвечая на вопрос водителя, продолжал спрашивать Кирилл. — Мы можем на нее взглянуть?

— Взглянуть?

— А что, вам есть что скрывать? — спросил Купленов.

— Ну почему сразу скрывать? — ощетинился Сатьянов. — Автомобиль казенный, мне, может, начальство не велит.

Он говорит медленно и ровно. Гласные раскатывает одинаково глубоко, ставит равные интервалы между словами. Тон спокойный. Отчего же так явно проступает цвет свернувшейся крови — на границе страха и лжи. Как сложно разобраться в присутствии полиции. Совершенно неясно — Сатьянов боится и врет, потому что ему есть что скрывать, или из-за купленовской корочки.

— Андрей Петрович, — вмешался Николай Васильевич, — давайте поможем сотрудникам правоохранительных органов. Окажем содействие, откроем машину. С ней же все в порядке? И все-таки позволю себе поинтересоваться, что же произошло?

— Пройдем к автомобилю, — Кирилл встал, — осмотрим его, а там видно будет.

Черная «Тойота Камри» стояла на парковке театра в ряду казенных машин. Отдраенная до блеска, она сверкала капотом и стеклами на неожиданно жарком апрельском солнце. Инга сняла пиджак, повесила его на сумку, вытащила из футляра темные очки. Она купила их на неделе распродаж в Милане еще в феврале (так недавно, но уже «в прошлой жизни»). Лучи приятно припекали кожу.

— Ну вот, пожалуйста, стоит моя ласточка, — махнул Андрей рукой, — поесть не дали рабочему человеку.

— Салон покажите, — приказал Павел.

Сатьянов послушно открыл двери, Купленов наклонился, осмотрел сиденья и руль. Кирилл провел рукой по капоту машины, присел, рассматривая фары и передний номер.

— Это точно она, — сказал он, обращаясь к Инге. — В автосервисе давно была машина? — повернулся он к водителю.

— Сейчас скажу, — тот стал демонстративно загибать пальцы, — месяцев семь.

— Да нет, не семь. — Кирилл смотрел на него в упор. — Инга, пощупай тут. — Он приложил ее руку к капоту возле лобового стекла. — Чувствуешь?

— Да, — уверенно кивнула Инга. Она ощущала под рукой что-то типа шва — как будто железо сначала выгнули в одну, а потом в другую сторону.

— Это вмятины вытягивали, — сказал Кирилл. — Причем совсем недавно. Тогда же и покрасили. Отсюда глянь. Сейчас свет прямой, видно отчетливо.

Инга наклонилась вбок вслед за Архаровым. По краю капота шла еле видная полоса, отделявшая «новый черный» от «старого черного». Она никогда сама бы не заметила этого, но на ярком солнце и если знать, куда смотреть…

— Теперь присядь, — приказал он ей. Бледный Николай Васильевич и вылезший из салона Купленов наблюдали за их действиями. — Видишь? Номер немного вмят, с цифры семь краска чуть-чуть содрана.

— Вижу.

— Господа, я все-таки прошу прощения, — снова начал Поддонов, — я уже хотел бы настаивать, чтобы вы потрудились объяснить мне ситуацию.

— Эта машина была в ДТП 15 апреля сего года, — Кирилл смотрел в глаза Андрею Сатьянову, — в десять часов вечера в городе Королёве на ней был совершен умышленный наезд на человека. Пострадавший скончался на месте. Машину удалось сфотографировать. На снимке, среди прочего, виден номер. Желаете ознакомиться?

Николай Васильевич беззвучно охнул.

— Да я в десять уже дома спал, как младенец. — Сатья-нов больше не улыбался.

— Погибший имеет отношение к Большому театру? — дрожащим голосом спросил Николай Васильевич.