На самом освещенном месте, под велюксовским окном — часть макета: яркая раскрашенная стена с огромной бутафорской баранкой посередине. Инге сразу представилась сцена городской ярмарки в «Петрушке». Рядом до потолка возвышались стеллажи, на которых лежали костюмы, книги, стояли бюсты.
Купленов с Кириллом сели на диван, Жужлев — на стул чуть поодаль, Инга осталась стоять.
Купленов начал с того же вопроса, который он задавал Сатьянову:
— Геннадий Викторович, что вы делали вечером 15 апреля?
Тот пожал плечами:
— Я веду однообразную жизнь. Все время либо на работе, либо дома, либо здесь.
Павел расстегнул портфель, достал из папки фотографию Туманова.
— Вы знакомы с этим человеком?
Жужлев быстро и брезгливо глянул на снимок:
— Нет.
— Ладно, спрошу по-другому, — нудным голосом сказал Купленов, — брали ли вы 15 апреля у водителя Сатьянова служебную машину?
На этот раз Жужлев сделал небольшую, но выдавшую его с головой паузу. Его колебание никак не отразилось на лице, но Инга отчетливо уловила это колебание как сигнал тревоги. Ей показалось, что даже пылинки в густом луче, падавшем из окна, закружились быстрее от напряжения хозяина мастерской. Геннадий Викторович открыл рот, чтобы ответить, а она уже знала, что прозвучит ложь:
— Да, я брал у него машину. «Тойоту», вы про нее? Мы приятельствуем с Андреем. Мне надо было отвезти кое-какие вещи на дачу.
— Странно. Николай Васильевич Поддонов, заведующий хозблоком Большого театра, сообщил нам, что у вас имеется пропуск на служебную парковку для вашего личного автомобиля — «АудиА5».
— Хороший какой автомобиль, — недружественно улыбнулся Купленов, — а для скромного реставратора — так просто отличный!
— Я беру частные заказы, — холодно парировал Жужлев. — Да, своя машина действительно есть. Да, хорошая. И мне жалко использовать ее для перевозки барахла на дачу. Что-то не так?
— Геннадий Викторович, — Кирилл тоже сделал паузу, но его пауза была уверенная и емкая. — Эта «Тойота» вечером 15 апреля насмерть сбила человека в городе Королеве. Владислава Туманова, которого вы видели на фотографии.
— Не может быть. — Жужлев и бровью не повел. — Вы что-то путаете, — он сделал движение, словно собираясь встать со стула, но тут же удержал себя и остался сидеть. — Я был на даче. Машина стояла в гараже.
— Кто-нибудь может это подтвердить?
— Я был один.
— Это очень плохо. — Кирилл покачал головой, притворно расстраиваясь. Купленов улыбался. — Потому что мы свои слова подтвердить можем. Люди, выходившие из дома-музея, сделали фотографию, на которую попала машина, ее номер и вы, Геннадий Викторович, за рулем. Снимок был сделан за несколько секунд до наезда.
Инге страшно захотелось повернуться и посмотреть, как выглядит лицо блефующего сотрудника полиции. Но она сдержалась и затаила дыхание, тем более что Купленов по-медвежьи ухнул и зашебуршал на диване, безбожно выдавая их всех. Однако Геннадий Викторович ничего этого не заметил.
Он встал и зашагал по свободному пятачку мастерской.
— Могу я посмотреть на фотографию? — поинтересовался он.
— Можете. В отделении, куда мы сейчас и проследуем, — сказал Архаров.
Жужлев остановился у окна и стал внимательно изучать пятно краски на давно не мытом стекле.
— Я… в общем, я был немного нетрезв. И эта дорога… там парк, что ли, она очень темная, практически нет фонарей. Кто-то выскочил мне под колеса. Я думал, это большая собака, не стал останавливаться.
— Вы утверждаете, что спутали собаку с человеком? — скептически уточнил Кирилл.
— Да я вообще не видел, что там попалось, — возмутился Жужлев, — утром только глянул: капот помят. Ну съездил в сервис, покрасил его, чтобы Сатьянову не влетело.
Острая внезапная боль пронзила ее, словно в висок вошла игла, дотронулась до мозга.
Оглушающий шум, глаза заволокло багряной пеленой. Тяжесть абсолютной беспомощности. Сквозь пелену она слышала монотонный бубнеж Купленова:
— …ввиду обстоятельств…выяснившихся фактов… вы проследуете сейчас с нами для дальнейших…
Она встала, но от резкого движения вверх потеряла равновесие. Крепко схватилась за стеллаж.
Нащупала корешок какой-то книги, еле заметно погладила его пальцем.
— Все в порядке? — услышала она голос Архарова позади себя.
— Сейчас пройдет. — Она смотрела в сторону невидящими глазами, и оттого ее натужная улыбка выглядела нелепой. — Выйдем покурить.
— По крайней мере, не зря парились в купленовской душегубке. В Большой опять же сходили, прикоснулись к высокому, а потом ррраз — и раскрыли смертельное ДТП. — Они топталсь на лестничной клетке. — Пусть теперь Купленов закрепляет непредумышленное. Эй, ты чего?
— Кирилл, — Инга схватила Кирилла за рукав и начала трясти его — с каждым словом все сильнее. — Все не так! Совсем не так! Я уверена!
— Ты мне сейчас руку оторвешь!
