Весь тот знаменательный вечер де Немюр собирался провести в обществе Эжени де Монморанси — танцевать с нею, сидеть рядом с ней, наслаждаться ее улыбками и легкой непринужденной беседой, в которой так нетрудно было обмениваться понимающими жестами, взглядами, намеками. Период ни на что не претендующих ухаживаний подходил, чувствовал Робер, к концу, — пора было делать девушке предложение.
Но Бланка не дала де Немюру провести вечер так, как ему хотелось. Королеве был необходим кузен — каждую минуту, каждое мгновение! Она вцепилась в него мертвой хваткой, как когда-то, много лет назад, когда ступила на нормандский берег испуганной и застенчивой невестой принца Людовика, не знающей ни слова по-французски, она вцепилась в маленького шестилетнего мальчика Робера.
Де Немюр, сцепив зубы от бессильной злобы, был вынужден танцевать только с королевой, приносить ей прохладительные напитки и терпеть ее пустую, почти бессмысленную, болтовню, — ибо Бланка даже не старалась вести содержательный разговор. Ей важно было одно — чтобы кузен находился рядом с нею! Бросая изредка взгляды в сторону Эжени, герцог видел, как девушка сначала густо покраснела, затем — побледнела… И, наконец, высокомерно вскинув голову, отправилась танцевать со всеми подряд, не обращая больше никакого внимания на Робера.
«Ну, погоди, милая кузина! — подумал де Немюр. Он прекрасно понял замысел королевы — поссорить его с Эжени. — По-твоему все равно не будет!»
Наконец, бал был закончен, и гости разошлись по отведенным для них комнатам. Наступала ночь. За окнами заунывно выл ветер, низкие тучи стремительно проносились по темному небу.
…Юная герцогиня де Монморанси тоже ночевала в замке де Немюра. И Робер отправился к ней, чтобы объясниться и покончить со всей неопределенностью между нею и им. Естественно, ему пришлось извиняться и даже встать на колени. Но, в результате, вышел он из комнаты Эжени прощенный, осчастливленный ее согласием на брак с ним и даже робким девичьим поцелуем в дверях, сопровождающимся шепотом: «До свидания, мой любимый жених!» На следующий день, по возвращении в Париж, Робер собирался отправиться к старому сенешалю просить уже вполне официально руки его дочери.
Де Немюр еще не знал, как густо сплетены его кузиной сети. Не знал, что следят за каждым его шагом, и что о его посещении комнаты герцогини де Монморанси, поцелуе и прощальных словах Эжени королева узнает уже через пять минут. И узнает от злейшего врага де Немюра — Рауля де Ноайля.
В заговоре принимали участие трое — Бланка, герцогиня де Луна и Рауль, которого королева выбрала просто по случайному стечению обстоятельств, еще не желая Роберу зла. А де Ноайль, посвященный в планы ее величества, сразу углядел в них возможность отомстить своему кузену… А, быть может, и покончить с ним раз и навсегда.
Роль де Ноайля была незатейлива — шпионить весь вечер за Робером, не сводя с него глаз; затем, встав на страже у опочивальни королевы, по первому знаку герцогини де Луна исчезнуть из коридора вместе со всей остальной охраной; наконец, когда де Немюр войдет в спальню королевы — встать на карауле за дверями.
Это на всякий случай, — было сказано Раулю. Впрочем, Бланка была уверена, что этого случая не будет, и победа будет за нею. А вот Рауль считал как раз наоборот. Он давно догадался о том, что королева вожделеет Робера. И прекрасно знал, что Робер не уступит. Значит, найдет коса на камень! И наверняка не обойдется без крови… Крови де Немюра, конечно!
Наступила ночь. Ветер выл и стонал за окнами, как волк, попавший в капкан. Робер разделся и лег в постель, думая об Эжени. Девушка была обворожительна. Герцог чувствовал, что полюбит ее, и очень скоро. Во всяком случае, он хотел ее. Очень хотел. И совсем скоро она будет принадлежать ему!
Он уже начал погружаться в сон с этими приятными мыслями… И вдруг в дверь громко постучали.
— Кто там? — крикнул он.
— Откройте, монсеньор! Это Инес де Луна! — услышал он в ответ взволнованный голос.
Робер вскочил, натянул шоссы, накинул халат, взял свечу и открыл дверь.
— Что случилось?
Герцогиня тяжело дышала, лицо ее было испуганным и бледным.
— Ее величеству плохо. Она зовет вас к себе… Скорее!
— Плохо?.. Ребенок?.. Нужен врач! Я схожу за ним! — Он почувствовал, как тревожно сжалось сердце.
Но женщина схватила его за рукав:
— Я сама! А вы идите к ней! Вы нужны ей! Где комната врача?
— На третьем этаже, справа, первая от лестницы… Его зовут Леклер. Скорее, Инес!
Де Немюр бросился по коридору и бегом спустился на первый этаж, не заметив, что нигде нет охраны. Впрочем, на углу первого этажа, у лестницы, стоял закованный в доспехи рыцарь. Забрало его шлема было поднято, и герцог узнал своего кузена.
— Рауль! Отправьте немедленно верхового в Париж за королевским врачом! Возможно, он понадобится! Ее величеству нехорошо!
Де Ноайль кивнул головой и сделал вид, что бросился выполнять поручение Робера, который подбежал к спальне королевы и, даже не постучавшись, открыл дверь и вошел.
