«Ну и зачем мы здесь?» – недоумевал Алексей. Светиться на открытом месте откровенно не хотелось. Он шепнул, чтобы следовали за ним, перебежал к маяку. Остальные не стали тянуть резину, быстро одолели пространство. Здание защищало от пронизывающего ветра. Рядом находилось крыльцо, разбитая дверь, не имеющая свойства закрываться.
– Что собираетесь здесь найти? – приглушенно спросил Алексей. – Я был здесь, все рассказал Маргарите Львовне. В башне не было следов. В лесу кто-то был, но искать бесполезно. Устраивать засаду в маяке, ждать сутками, пока не придут? Не вижу при вас недельного запаса продуктов.
– А это что такое? – спросил Хазов. Пока Хабаров толкал свою речь, тот присел на корточки у крыльца, блеснул огонек фонарика. – Полюбуйтесь, это окурок. Небезызвестные сигареты «Джуно». Окурок бросили на землю, когда человек поднимался на крыльцо. Я вам больше скажу, товарищ Хабаров, это свежий окурок. Во всяком случае, сравнительно свежий. Понюхайте, если не верите…
Что-то щелкнуло в голове. В горле пересохло. Окурок был мягкий, пах табаком, а не застарелой табачной дрянью. Вчера никаких окурков у маяка он не видел. Да чтобы еще и сигареты «Джуно».
– Это интересно, Никита… – прошептала Рита, машинально прижимаясь к стене. – И что будем делать? Ползать по берегу? Прочешем лес? Слушайте, а если этот упырь все еще здесь – ну, в маяке? – спросила женщина.
– Нет тут никого, – поморщился Алексей. – Ничтожна вероятность, что этот тип сидит и нас ждет. Но проверить надо. Не вздумайте включать свет…
Какого черта Хазов полез первым? Он оттеснил Хабарова, переступил порог и на цыпочках вошел внутрь. Захрустела под ногами крошка. Глупая затея – действовать в темноте. Тебя подстрелят, и даже не поймешь кто… Вспыхнул фонарь, Хазов одновременно взвел курок. Озарились расписанные потеками стены, остатки штукатурки, металлическая винтовая лестница. Хабаров вошел за ним, в затылок дышала Рита. Хазов вскинул голову. Что-то привлекло его внимание, он всмотрелся.
– Дьявол, там кто-то есть, сигналит фонарем…
Наверху за шумом ветра их просто не слышали! Алексей отпрянул к стене, тоже вскинул голову. Наверху блуждал огонек! Человек закрывал фонарь ладонью, потом убирал, снова прикладывал. Возможно, азбука Морзе. Фонарь был сравнительно мощный, и свет его был виден издалека – к сожалению, только со стороны моря! Ахнула Рита, тоже бросилась к стене, прижалась. Глаза женщины испуганно заблестели. На такой исход при посещении маяка она точно не рассчитывала.
– Хазов, гаси фонарь… – прохрипел Хабаров. – Что ты делаешь, идиот!
Человек растерялся, начал совершать ошибки. А нужно было выключить фонарь, на цыпочках удалиться и ждать. Риск минимальный, все просто. Но Хазов поступил иначе, он не стал гасить фонарь, бросился к лестнице.
– Эй, наверху, вы окружены! Это контрразведка! Бросайте оружие и спускайтесь!
Пауза была недолгой – но изрядно потрепала нервы. Потом по лестнице загремел металлический предмет. Можно подумать, преступник выбросил оружие. Хазов так и подумал, он сдвинулся с места, вцепился в перила. Молния сверкнула в голове: что же они наделали!
– Никита, вали оттуда!!! – страшным голосом заорал Алексей.
Время замедления – четыре-пять секунд. Половина уже прошла. Он орал как оглашенный, оттолкнулся от стены, бросился к выходу. По дороге схватил в охапку Риту, выбросил из маяка! Женщина не сопротивлялась, она омертвела, не могла пошевелиться. Летящая граната порой воздействует на человека хуже, чем удав на кролика! Хабаров выпрыгнул сам, схватил возившуюся на крыльце Риту за шиворот, отбросил еще дальше. За спиной раздался душераздирающий крик. Долго же Хазов соображал… Взорвалась граната – судя по мощному хлопку, лимонка, не оставляющая шансов выжить. Взрывная волна вырвалась через проем, ударила в спину. Алексей едва поднялся – и снова покатился по траве. Рядом охала женщина, пыталась встать на ноги. Кружилась голова. Капитан сделал неуверенный шаг, с изумлением обнаружил, что по-прежнему сжимает в руке пистолет. В маяке что-то грохотало, тряслась винтовая лестница.
– Алексей, он спускается… – выдавила Рита.
