Делоре помнила его имя, но из вредности притворилась, что забыла. «Сегодня он одет еще хуже, чем в прошлый раз», – отметила она со злорадством. Интересно, он вообще знает, что одежду нужно гладить? Хотя бы иногда? Хотя бы некоторую? Большой и неуклюжий, он подошел к Делоре, склонился над ней, чем дополнительно взвинтил ее нервы, и спросил:
– Скажите, у вас есть книга «Суеверия – это бред»?
– Такой нет, – грубовато ответила Делоре, подбирая последний осколок и поднимаясь.
В момент, когда она выпрямилась, торикинец шагнул ей навстречу. Обнаружив себя в опасной близости к его широкому телу, Делоре отшатнулась, как будто испугалась обжечься. Торикинец послал ей умильную улыбку. При ее невысоком росте смотреть на него снизу вверх было неприятно, и Делоре отступила еще на пару шагов. Стоя с разбитой чашкой в руках, иногда опуская взгляд на лужу разлитого чая, она вдруг растерялась.
– А что насчет книги «Портить кому-то жизнь из-за своих ограниченности и скудоумия – настоящий сволочизм»?
– Кажется, нет, – неуверенно пробормотала Делоре, уронив осколок. – Не могу припомнить.
– Возможно, я немного ошибся в названии, – предположил торикинец.
– Спросите вот у нее, – подцепив Селлу за локоть, пробормотала Делоре и поспешила испариться.
Вне поля зрения торикинца, стоя возле корзины для бумаг, Делоре накрыла пальцами щеки – вот теперь ее лицо горело. Она выждала немного, а затем, выпрямив спину и тщательно контролируя свои движения, прошла к своему столу.
– Приходится брать что есть, – вздохнул торикинец, шагнув к ней.
Делоре очень серьезно посмотрела в его голубые глаза. В них прыгали иронические огоньки, и в то же время… что-то еще. Делоре перевела взгляд на длинные ящички с бланками.
– Вы зарегистрированы у нас? – официальным тоном осведомилась она, хотя и так знала, что нет. – Зарегистрированы? – она снова посмотрела на него – только секунда, и ее взгляд ускользнул, несмотря на попытку торикинца задержать его.
– Нет.
– Нужно зарегистрироваться. Вот здесь… – она протянула бланк, – …укажите ваше первое и второе имя, адрес фактического пребывания, адрес постоянного места жительства и…
– Нет, это долго, – перебил ее торикинец. – Мне нужно идти. Придется вам читать эту книгу самой, – он улыбнулся Делоре на прощание и стремительно удалился.
Селла проводила его ошарашенным взглядом.
– Он странный, – заявила она. Потом указала на Делоре пальцем: – И ты тоже странная.
Делоре посмотрела на оставленную книгу. Темно-зеленая обложка с заглавием: «Легенды, мифы и суеверия Ровенны». Потянувшись к книге, Делоре раскрыла ее наугад и увидела на картинке нечто змееподобное, с торчащими из его длинного тела перышками. Ее зрачки задвигались, выхватывая случайные строчки.
– Что, так интересно?
– Не особо, – сказала Делоре, продолжая читать. – Сегодня среда?
– Да.
– Тут написано, что среда – день самоубийц. Не зря я чувствую в себе готовность, – тон Делоре звучал насмешливо. – Я же до сих пор не суициднулась только потому, что не смогла найти времени и достаточно острого ножа, – она фыркнула. – А еще здесь говорится, что… – ей вдруг припомнилось что-то, и она начала смеяться. Делоре смеялась, смеялась, смеялась и не могла остановиться, только положила ладонь на разболевшийся от смеха живот. Она не смеялась уже очень давно.
– Ну-ка хватит, – встревоженно потребовала Селла. – Может, тебе просто во-о-от такая смешинка в рот влетела, а все равно мне как-то не по себе.
Делоре надеялась, что у нее хотя бы от смеха слезы на глазах выступят. Но нет.
– Глупости все это, – объявила она, захлопывая книгу.
Ровно в пять Делоре ушла.
– Все в порядке? – спросила она в саду у воспитательницы Милли.
– Да.
– Хорошо.
И все же надо уезжать. Быстрее.
После ужина Делоре почувствовала, что она просто как выжатый лимон. У нее едва хватило сил помыть посуду (две тарелки). Она очень утомилась, пока донесла до мусорного ведра коробку от пирога, и ей потребовалось посидеть и собраться с силами, прежде чем потащиться в ванную комнату (по коридору в немыслимую даль). Она едва не захлебнулась, настойчиво вырубаясь в ванне, и уснула сразу, как рухнула в постель. Во сне ей казалось, что у нее не хватает сил лежать. А Милли долго смотрела телевизор и отправилась спать на час позже положенного времени.
Этой ночью Делоре приснился эротический сон. Ничего особенного, просто они с Ноэлом лежали на диване в гостиной их квартиры в Льеде и гладили друг друга сквозь одежду. Возбуждение было настолько явственным и сильным, что Делоре проснулась. Все ее тело горело, пульсация внутри ощущалась болезненно. Она раздвинула ноги и потрогала себя там, и вдруг на нее нахлынула такая тоска, что она едва не взвыла в голос. Жар сменился ознобом, капли пота остыли, и Делоре закуталась в одеяло, дрожа. Боль возникла в груди и затем растеклась по всему телу. Делоре лежала оглушенная, уничтоженная происходящим, едва понимая, кто она и где, и судорожно вдыхала раскрытым ртом воздух, которого ей все равно было мало.
