Ее взгляд упал на телефон, и Селин загорелась идеей.
Она постучала в дверь кабинета.
– Мне нужен мой компьютер, – сердито сказала она открывшему дверь Гекхану, проходя мимо него в кабинет. – Фу, вы тут курите! Гадость!
– Знала бы ты, кого благодарить, – прошипела Хазан.
– На улице дождь и холод, подруга, не ной, ты и не такое нюхала, – Синан хохотнул, затягиваясь, и Селин скорчила рожицу, проходя мимо него с ноутбуком, выуженным из ее рюкзака.
– Умница, сестренка, поучись, – Гекхан чмокнул ее в щечку, и Селин внутренне виновато скривилась – в рюкзак она положила свой телефон, который включила на режим для слабослышащих. Через несколько минут она уже слушала их беседу.
– Да согласен я, согласен, что мне туда идти нельзя, хватит уже меня песочить, – слышала она сердитый голос Гекхана. – Но почему это должен быть ты, Йылдыз?
– Я все еще не говорил, что согласен, между прочим? – Раздался в ответ холодный голос господина Мехмета. – То, что вы предлагаете, полнейшее безумие. Начнем с того, что у меня нет образования, если кое-кто забыл свои собственные слова.
– Да ладно, брат, зачем в этом деле образование? Ты без образования ведешь половину дел «Эгемен косметикс», и вел бы уже все, если бы Хазан не противилась.
– Не преувеличивай, Синан. Ты спихиваешь на Мехмета свою работу, и это отнюдь не половина, – резко ответила Хазан, – не слишком собой гордись.
– В любом случае, это позиция будет называться «наблюдатель». То есть, тебе ничего не придется делать, кроме как следить за каждым шагом Кудрета Чамкырана. Для этого образования тебе не нужно. Наблюдательность, хорошая память, ум – это у тебя все есть. Что ты делаешь? – услышала Селин после короткой возни.
– Проверяю, насколько этот стол прочный на случай землетрясения. Ты меня похвалила, невероятное событие. Господин Гекхан, отодвиньте занавески, не идет ли кровавый дождь?
– Перестань ребячиться, мы обсуждаем серьезное дело.
– Вы мне больше нравились, – заявил Синан, – когда вы друг с другом вообще не разговаривали. Почему вы постоянно собачитесь последние две недели?
– Синан, давай не будем отвлекаться. Хазан, ты серьезно считаешь, что мы…
– Подождите, – перебил Гекхана Синан. – Вы так ругаетесь после той ночи, когда мы все ночевали у Хазан. У вас что-то было, да? Между вами что-то было в ту ночь? Ах вы шалунишки, прямо через стенку от меня…
– Тьфу на тебя, Синан! – Взвизгнула Хазан, и одновременно раздался голос Мехмета.
– Синан, что ты несешь, побойся Аллаха!
– Синан, отнесись серьезно, пожалуйста. Хазан, у нас точно нет другой кандидатуры?
– А ты можешь придумать? Кого-нибудь, какие-нибудь варианты?
– Нанять профессионала? – Ответил Мехмет. – Отправить твою подругу Фарах? Кого-нибудь из фирмы господина Гекхана?
– Мехмет, – сказала Хазан, – Селин сегодня за ужином рассказывала о каких-то своих друзьях. Кто куда планирует поступать. Сможешь перечислить?
Когда повисла паузы, заговорил Синан.
– Хватит убивать ее взглядом, мы же знаем, что можешь. Давай, Мехмет, ну?
– Гекче и Селим на юридический, Элиф уезжает в Германию, Ясин – на логистику, Мине собирается изучать дизайн, Осман – на исторический, Латып хочет изучать журналистику, а отец отправляет учить бизнес, Асия не хочет учиться вовсе, Мерьем всю жизнь собиралась быть врачом, а теперь вдруг передумала…
Селин широко открыла глаза. Ей казалось, господин Мехмет вовсе ее не слушал за ужином, когда она пересказывала Синану последние новости.
– Он может еще химическую таблицу всю пересказать, цифра в цифру, буква в букву, мы с Фарах один раз проверяли.
– Во-первых, периодическая таблица Менделеева, во-вторых, я вам что, цирковая собачка?
– Да забей, Мехмет. Гекхан, у Мехмета эйдетическая память. Он запоминает все, что видит и слышит. Мы проверяли, он помнил, что мы ели на свадебном банкете в Мардине полгода назад, рассказал все дословно, а мы потом отправили запрос в ресторан, и все подтвердилось.
– Вопрос снимается – я цирковая собачка.
– Аллах-Аллах, – возмутилась Хазан. – Как ты до тридцати дожил, до сих пор не повесившись? Ты на каждое слово оскорбляешься! Гекхан, что мы хотели сказать: Мехмет – наилучшая кандидатура, не только из-за ума и памяти, но и потому, что Кудрет не будет подозревать в нем опасности, именно в силу недостатка образования.
– Ну, знаете…
– Если ты сейчас опять оскорбишься, то иди и сразу ныряй в Босфор!
– Хватит! – Судя по звуку, Гекхан стукнул по столу. – Идея и правда хорошая. Я пока не знаю, почему мой брат и Хазан верят тебе, но суждению Хазан я привык доверять… Да, ты сможешь работать в холдинге, как уполномоченный акционеров, от нас троих – меня, Синана и Хазан. Селин, к сожалению, не может сама управлять акциями до двадцати одного года или пока не выйдет замуж, до тех пор всем управляет отец…
– Это никак нельзя изменить? Может Селин может распорядиться, чтобы ее акциями управлял ты? – Спросил Синан, но Гекхан только хмыкнул в ответ.
– Я смотрела это дело, – ответила Хазан. – Не подкопаешься, эти акции от вашего отца уйдут только к самой Селин. И есть еще пять процентов…
