– Она делает Мастеров, – отозвался Нулевой. – Замок – не просто здание. Это врата на стыке миров. Через него можно пройти в иные измерения. Не в другие миры, а гораздо дальше. За дверью находится межмирье. Абсолютная пустота, в которой плавают сферы, содержащие в себе миллиарды миров. Только эта пустота живая. В ней растворена суть творца, когда-то создавшего все вокруг. Эта сила жаждет вырваться, но не может этого сделать, потому что энергия творца без воли ничто. Эта сила – первозданная тьма, неодушевленная и живая одновременно, но для существования в наших мирах ей нужен носитель. Душа, которая даст волю, направит и позволит творить. Поэтому когда Создатель придумал Черничный замок, сила или тьма, как ее некоторые называют, поместила туда синюю дверь, чтобы иметь возможность выйти в наше пространство через души живых. Дверь находилась в Черничном замке чуть ли ни со времен сотворения мира. Стоит ее распахнуть, как частичка силы творца входит в того, кто стоит на пороге, и поселяется в нем, трансформирует и тело, и душу. Носитель начинает жить в двух реальностях и обретает возможность творить на таком уровне, который был доступен только Создателю.
– Я живу только в одной реальности! – фыркнула Беска.
– Пощупай пульс. Если прислушаться, то он у тебя двойной. Как у любого мастера. Где-то за границами этого мира бьется твое второе темное сердце в унисон с обычным, – покачал головой Нулевой. – У тьмы нет ни тела, ни лица, ни имени. Она не рождена, ибо пребывает вечно. Она похожа на яркую вспышку и на самую темную ночь, отраженную в чаше с кровью. Тьма прокладывает через нас тропинки в этот мир, творя в нем волшебные вещи. Она не злая и не хорошая – все зависит от человека, в котором она преломляется и обретает возможность творить. Тьма всегда с нами: встань в поле ночью, прислушайся и услышишь ее голос. Остановись перед любой дверью, позови ее, и она будет ждать тебя за порогом. Загляни во все волшебные уголки своей души, и ты найдешь там эту тьму. Кусок первобытной темной ночи, отраженной в бокале твоей души. Ночи, что была прежде всех вещей во вселенной. Она всегда и всюду. Ты – мостик между ней и миром. Часть божественного воздействия Создателя на нашу вселенную. Ты хранишь тьму в себе, а она хранит нас всех. Наш вечный попутчик в бесконечной дороге. Мастера не умирают. Они истончаются и уходят за грань, окончательно сливаясь с тьмой. Мы все части того творца, что сочинил сказку про миры, которые нас окружают. Можно сказать, что все мы, озаренные тьмой, вместе и есть Создатель.
– Потому я и не верю в историю с воскрешением, – добавил Авантюрист. – Ты, неугомонная девчонка, взломала комнату с синей дверью с помощью разрыв-травы и заглянула туда в возрасте, в котором никто этого еще не делал. И тьма прижилась в тебе так, как ни в ком другом. Может быть, дело в возрасте: мастеров всегда приводят уже во взрослом состоянии и, поверь, далеко не каждый из них вообще способен стать носителем. Может, дело в том, что ты ей понравилась. Может, из-за крови твоей матери. Уровень мастеров и означает степень родства с тьмой, а твоя связь с ней сильнее, чем у кого-либо. И что касается твоей смерти и воскрешения, дорогая: думаю, что, скорее всего, тебя просто не получилось убить. Судя по твоим воспоминаниям, тебе выстрелили точно в сердце, но вот только второе темное продолжило биться. Постепенно живущая в тебе сила залечила раны, запустила обычное сердце, и ты ожила. Возможно, что в этот момент тебе помогли проснуться, подсунув твое тело неразумному юнцу, считающему себя колдуном.
– Она новая нулевая? – прошептала Каз.
Старик молча кивнул.
– А-а-а! – закричала Беска, зажав руками уши. – Я ничего не понимаю! Почему я ничего не помню? Где я была десять лет? Почему я все забыла, если не умирала? Что за тьма, которую я не чувствую?
– Я тоже хотел бы знать ответы на эти вопросы, – вздохнул Авантюрист.
– Ты чувствуешь тьму. Просто ощущаешь ее как естественную часть себя. Сила в тебе проявилась в способности материализовывать сны. У каждого из нас она выражается своим способом, и сновидения – твой путь как мастера. А что с тобой случилось, я хотел бы знать не меньше твоего, – произнес Нулевой.
– Кто меня убил? – резко спросила Беска, глядя Авантюристу в глаза.
– Если бы я знал! – процедил он сквозь зубы. – Думаешь, я не искал ответ все эти годы? Это была вторая причина, почему я решил не раскрывать тебе все. Ты тоже искала убийцу, и я верил и надеялся, что у тебя это выйдет лучше. А расскажи я тебе о родителях, то кто знает, что бы ты решила.
Беска повернулась к старику и вопросительно взглянула на него. Тот отрицательно покачал головой.
– Но хоть кто был врагами моих родителей? Это же вы должны оба знать. Круг подозреваемых.
