Этой техникой владели дуэлянты. Вообще-то дуэли запрещены, именно по причине того, что они чаще всего случались магическими, и в итоге недосчитывались какого-нибудь сильного или перспективного мага, так что запрет был узаконен.
– Нет, – твердо ответил Николас. – Я научился, потому что иногда, ну, меня наказывали магически. Пока не стал отражать.
Лекарка не стала спрашивать, то ли поняв, то ли не желая развивать тему. Она уже уточняла детали о самочувствии, когда до заторможенного сознания Айдена дошло, что сказал Николас. Или скорее не сказал.
Некоторые аристократы действительно наказывали детей, это не считалось чем-то неподобающим. Хотя в представлении Айдена «бить» и «наказывать» – немного (много) разные вещи. Некоторые не гнушались и сырой магией, хотя против такого общественность яростно выступала.
А ещё говорили, что часто у детей, к которым применяли в детстве сырую магию, собственная потом формируется нестабильно и подростками им особенно сложно.
– Кстати, мне и браслет наш помог, – заявил Николас и вскинул руку. – Похоже, когда зачаровывали оба сразу, к моему прицепилось немного защитных чар. Они тоже сработали. Поздравляю, Айден! У тебя наверняка есть кусок обезболивающих.
– Я в восторге, – процедил Айден.
Лекарка объявила, что ей придётся проверить их, чтобы после нельзя было сослаться на то, что они какие-нибудь ведьмины шляпки ели. Николас охотно согласился, Айден не сразу понял, что это нужно для их же блага. Никто потом не сможет сказать, что они что-то придумали. Как обронила лекарка, Байрона проверила – он тоже чист.
Сложный аппарат ничего не показал, и лекарка отпустила Николаса, дав ему флакон из чёрного стекла и фонящий чарами камушек:
– Прими с этим ванную, постепенно нагревай воду, так быстро придёшь в себя. Айден, а ты задержись.
Когда дверь за Николасом закрылась, лекарка уселась, скрестив руки на груди:
– А теперь расскажи мне, что там на самом деле произошло.
Айден тоже вымотался и хотел вернуться в комнату, но понимал, что сейчас важно изложить свою версию событий. Он говорил сухо, точно по делу и пару раз с трудом скрыл зевки в кулаке, но лекарка была неумолима, пока не услышала всё. Она же коротко рассказала, как дежурила, потому что по праздникам всегда дежурит, и тут к ней ввалились с полубессознательным Байроном, залитым кровью.
– Я рада, что ничего непоправимого не случилось.
Оставалось гадать, имеет она в виду, что Николас чуть не утонул, или что Байрон мог стать иссохшим. Скорее всего, и то и другое. Байрон оставался на ночь в лазарете, лекарка коротко обрисовала его ситуацию: наблюдать за ним, конечно, будет, но ему надо отдохнуть пару дней, и будет как новенький. По крайней мере, на его магии это не отразится. Что касается всего остального, лекарка не стала уточнять, когда отправится к директору, прямо сейчас или подождёт до утра.
– Понаблюдай за Николасом, – попросила она. – Он бы ни за что не остался в лазарете, терпеть не может это место.
– А что-то не так?
– Ночью может снова появиться озноб. Не бойся, такое бывает, ничего опасного, нужно согреться лишним одеялом или теплокамнем.
Поднявшись, лекарка открыла шкафчик с дверцами из матового стекла, за которым обнаружились аккуратные ряды полотенец и зачарованных артефактов. Взяла два плоских камня и подала Айдену. Потом достала из других шкафов несколько флаконов с зельями.
– Это Укрепляющее на утро. Добавить в чай, и пусть выпьет.
– А второе?
– Успокоительное.
– Утром или сейчас?
– Это для тебя, Айден.
В храм приходило мало больных, они предпочитали идти к лекарям. А вот умирающих, в том числе от болезней, в доме Безликого было много. Как и их родственников. Поэтому среди сложных зелий, которые изучали жрецы наравне с алхимиками, варили и самое обычное успокоительное. В большом количестве.
Травы для него выращивали в храмовой теплице круглый год, и это входило в обязанности служек. Они сами срезали верхние части стеблей пустырника и измельчали их в ступках, сушили маленькие шишки хмеля, собирали и мыли корни валерианы. Айдену особенно нравилось чистить и резать солодку, которая сладковато пахла и придавала приятный вкус снадобьям.
Успокоительное зелье считалось простым, так что служки сами делали отвары, добавляя алхимические компоненты. Потом разливали по стеклянным флаконам, точно такой лекарка вручила и Айдену. Конечно, он прекрасно знал, как оно работает. И не думал, что оно ему нужно.
– Я уверена, даже во сне ты почувствуешь по связи, если Николасу станет хуже, – сказала лекарка. – Вы тут поднимали силу, я ощутила. Учти, в ближайшее время Николасу лучше не использовать магию.
Покинув лазарет, Айден заглянул к дежурному чаровнику, который мог передать сообщение по быстрой связи во дворец. Оставил короткую записку и двинулся в комнату.
В гостиной было темно, в спальне слабо горела зачарованная лампа, дверь в ванную осталась приоткрытой. Сгрузив зелья и камни на столик около кровати, Айден прислушался, но из ванной не раздавалось ни звука.
