Проматываю курсивом список: именитые фамилии экс-подружек размежевывают неизвестные, но и те, если посмотреть на некоторые фотки, тоже не из низов общества. Все красотки, точно на подбор. Длинноногие, стройные, с голливудскими улыбками… Пустышки. Были бы интересными, роман продлился бы побольше, чем неделя… месяц в лучшем случае, если верить источникам. В общем, меняет невест как перчатки… Что ж – его жизнь!.. Закрываю ссылку, но на сердце боль, в душе клокочет… Ревность?!. Чёрт! Я не имею права на подобное чувство! Ненавижу себя! И обзывать девчонок, поддавшихся ледяному, безразличному очарованию Зепара – тоже не должна! Надумываю плохого и грубого от ревности… обиды… негодования. Зря я так! Мысленно ругаюсь, но терпеть обиду, которую может понять только отвергнутая, непонятая женщина - выше моих сил. Закрываю глаза, вижу Андрея, обнимающего «другую» и меня начинает трясти ещё сильнее. Твою мать! Как же мерзко! Ведь даже если не закрываю глаза, Зепар будто мираж… наваждение…
Остаток дня киплю и не успокаиваюсь, пока не принимаю лекарства – который раз, благодаря Андрея Николаевича.
По дороге домой, забираем мой заказ из ресторана – решила порадовать мужа, и купила его любимые блюда: запечённую рыбу с картофелем, салат из морепродуктов, бутылку сухого белого вина «Сотерн». Для себя - лёгкий салат с капустой и отбивную на кости. Не зная предпочтения Андрея, выбираю жареного мяса, отварного риса с горошком и брокколи, куриный салат с грецким орехом и гранатом.
Дома в приподнятом настроении сервирую стол. Напевая, раскладываю ужин по тарелкам. Андрей рядом, но черту не переступает, даже не пытается заговорить. После того бестактного замечания, молчит, а если и обращается, то констатируя: нужно туда-то, едем так-то, пора перевязку делать. О, да… последнее переживаю со стойкостью оловянного солдатика, попавшего в огонь, ведь грубоватые пальцы с такой небрежной нежностью заменяют пластыри, что я едва не кончаю от восторга, и как только пытка заканчивается, спешу в ванную. Умываюсь ледяной водой – щеки горят, тело дрожит…
Вот и сейчас от близости Зепара начинаю всё больше нервничать и неуклюже ронять посуду. Держусь подальше, насколько позволяет узкое пространство миниатюрной кухни-столовой, ещё сравнительно недавно казавшейся отвратительно огромной. Даже шутила ни раз: Вадимушка, зачем нам банкетный зал в столовой, где без стеснения можно балы проводить, хотя сидим обычно за малым возле холодильника и плиты? Муж отмахивался с озорным блеском в глазах: «Всегда мечтал иметь просторную кухню». Что ж… мечты и желание мужа для меня – закон!
Поглядываю на часы. Странно, время уже почти семь, а Вадима ещё нет. Даже не звонит, что задерживается. На душе тревожно. Через полчаса не выдерживаю и оглядываюсь в поиске телефона. Мобильника нет. Чёрт! Забыла в сумочке. Машинально иду в коридор. Достаю телефон из сумочки, но попутно цепляю презент мужа – зеркальце падает и россыпью скола звонко разлетается по ламинату.
- Твою мать! – скреплю зубами. Иду на кухню за веником, на ходу просматривая сообщения. Удивительно непринятая смс-ка. Нет желания читать, ведь не знаю от кого она. В дверном проёме сталкиваюсь с Андреем. – Зеркальце разбила, - бубню, глядя на экран, и дрожащими пальцами открываю письмо: «Сука! Ты виновата! В машине должна была быть ТЫ!» Смаргиваю наваждение – экран расплывается. В голове эхом звучит: в машине… ты… виновата… Опираюсь на стену - мутит, ведёт в сторону. Набираю мужа:
- Абонент временно недоступен, - слышу будто под водой.
Нажимаю сброс, снова вызов. Слушаю… Механически сбрасываю, вновь набираю… Как заведенная повторяю и повторяю пока на другом конце девушка не говорит:
- Телефон выключен или находится вне зоны действия сети.
Съезжаю по стене, но холодный пол не остужает жара в теле. Меня трясут – фокусируюсь. Андрей. Лицо взволнованно. Не говоря ни слова, забирает телефон. Изучает. Нажимает кнопки… Выуживает свой мобильник:
- Никитин, опять смс-ка! Абонент неизвестен… - молчит пару секунд. - Вадим не отвечает, в письме намек на виновность Виты, что не она в машине поехала… - сумрак проносится каруселью - проваливаюсь в небытие. Прихожу в себя. Андрей, склонившись надо мной, бьёт по щекам, в руке чашка.
- Очнись! – тормошит сурово. Грубовато прислоняет к моему рту чашку. – Пей! – командует жёстко. Насилу пригубляю воды. Сосредоточенно вспоминаю: что случилось?
Вижу телефон, и перед глазами вновь предстает смс-ка.
- Вадим! – нелепо взмахиваю руками. Порываюсь встать, но меня опять ведёт. Отчаянно придерживаюсь стены, стараясь не упасть. Получается с трудом и то - удается устоять только с помощью Андрея. – Надо позвонить мужу. Он должен сейчас приехать…
Зепар не даёт и шагу ступить – рывком притягивает и сминает в стальных объятиях. Выдохнуть не могу, в глазах резь. Рвусь на свободу, но Андрей не пускает:
- Ч-ш-ш… - убаюкивает на ухо. – Александру только что звонили… - секунду молчит. – Прости, - вновь наступает звенящая тишина. - На выезде из Выборга нашли ваш «Мерседес». Сергей и Вадим мертвы…
